ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

БУРАГО Натальи Ивановны, от 17/III-1935 г.


БУРАГО Н.И., 1894 г<ода> рождения, дворянка, беспартийная, в правительственной библиотеке Кремля работала с 1927 г., разведена, дочь Александра 12 лет.


ВОПРОС: На допросе 8 марта с<его> г<ода> Вы показали, что имели с РОЗЕНФЕЛЬД Н.А. и МУХАНОВОЙ Е.К. ряд бесед, в которых они высказывали террористические настроения. Расскажите о них подробнее.

ОТВЕТ: Как я уже показывала, общим выводом всех антисоветских высказываний Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД и Е.К. МУХАНОВОЙ, к которому они постоянно возвращались, было, что виновником тяжелого якобы положения в стране является СТАЛИН.

В одной из бесед, в которой принимали участие РОЗЕНФЕЛЬДМУХАНОВА и я (это было в 1933 году) РОЗЕНФЕЛЬД после беседы на обычные для нее антисоветские темы со злобой сказала: "Весь этот строй держится на СТАЛИНЕ", "СТАЛИН – это царь-батюшка, правитель". Один раз РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА во время этих бесед в 1933 году спрашивали: "Что было бы, если бы СТАЛИНА не стало?" Отвечала на этот вопрос РОЗЕНФЕЛЬД, которая говорила, что несомненно смерть СТАЛИНА вызовет замешательство и смятение в коммунистической партии и повлечет, по крайней мере, смягчение режима, существующего в стране.

В конце 1933 года во время беседы, в которой принимали участие я, РОЗЕНФЕЛЬДМУХАНОВА и ДАВЫДОВА, РОЗЕНФЕЛЬД говорила о том, что жизнь стала невыносимо тяжелой. Перейдя к своему обычному утверждению о том, что виновником всего является СТАЛИН, обращаясь к ним, РОЗЕНФЕЛЬД сказала: "Вот бы набраться храбрости и убить СТАЛИНА". Дальше последовал разговор, о котором я уже показывала.

В этом разговоре МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД впервые прямо высказали свои террористические намерения, а я и ДАВЫДОВА с ними солидаризировались.

ВОПРОС: Вы показали 8 марта, что первый раз о подготовке убийства тов. СТАЛИНА Вам стало известно летом 1933 года?

ОТВЕТ: Да, такой разговор у меня с МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД летом 1933 года был. В нем МУХАНОВА заявила мне, что она "должна убить СТАЛИНА". Разговор этот происходил следующим образом. МУХАНОВА, которая всегда нуждалась, явилась в библиотеку в хорошем заграничном платье, о котором рассказала, что достала его где-то по случаю. Начались разговоры о тяжелом положении, о настоящей нужде, серой жизни, которые были обычны. МУХАНОВА, обращаясь ко мне, сказала, что она еще поживет богато, весело и красочно, и, когда я спросила, что же для этого нужно, она отвела меня к окну, пристально посмотрела мне в глаза и сказала: "Мне нужно убить СТАЛИНА". РОЗЕНФЕЛЬД на этом оборвала МУХАНОВУ. Я тогда из этого разговора не сделала окончательных выводов. Позже, когда РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА прямо говорили мне о том, что они готовят убийство СТАЛИНА, я, вспоминая этот разговор и сопоставив его с моими общими впечатлениями о МУХАНОВОЙ, пришла к выводу, что МУХАНОВОЙ за участие в убийстве СТАЛИНА кто-то обещал материальные выгоды, что она была чьим-то платным агентом.

ВОПРОС: О каких общих впечатлениях о МУХАНОВОЙ Вы говорите?

ОТВЕТ: МУХАНОВА – человек из "бывших", который не мог приспособиться к условиям советской жизни и всегда оставался в ней чуждым. Она морально опустошенный человек, способный на все. Кроме тоски о прежней обеспеченной жизни и злобной белогвардейской ненависти к существующему у нее ничего не было.

ВОПРОС: Чьим же платным агентом была МУХАНОВА?

ОТВЕТ: Я этого точно не знаю. По отдельным намекам, отдельным фактам я предполагаю, что она была связана с какими-то иностранцами. Прямо она мне об этом не говорила. 

ВОПРОС: О каких фактах Вы говорите?

ОТВЕТ: Я частично о них уже показывала. В связи с увольнением из библиотеки сотрудницы ПЕЛИПЕЙКО за связь с иностранным представительством МУХАНОВА говорила мне: "Не умела скрыть, может быть и я тоже связи имею, да никто об этом не знает". Она говорила мне в одном из разговоров в конце 1933 года, что у нее "на мази" установление знакомства с иностранцами. Мое внимание обращало на себя то, что именно в этот период она быстро восстановила знание немецкого языка. В то же время она отказывалась заниматься в кружке и говорила, что для изучения языка надо чаще беседовать с иностранцами.

Это все, что я знаю.

ВОПРОС: А РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: О РОЗЕНФЕЛЬД я этого сказать не могу. Несмотря на ее злобные настроения, на ее близость к МУХАНОВОЙ и на то, что они обе вместе готовили убийство СТАЛИНА, в моих общих впечатлениях о ней она представляется мне другой. Ее отличало от МУХАНОВОЙ то, что она наряду со злобным отношением к руководителям коммунистической партии и правительства, особенно к СТАЛИНУ, всегда высказывала симпатию КАМЕНЕВУ и ЗИНОВЬЕВУ.

Она говорила о том, что их преследуют, гонят в то время, как это талантливые люди, способные по своим данным на то, чтобы играть руководящую роль в стране. Она очень болезненно переживала их осуждение по делу об убийстве КИРОВА и говорила, что это расправа с невинными людьми, что это продолжение преследований их.

По своим личным качествам РОЗЕНФЕЛЬД, по моему мнению, сама не могла прийти к решению об убийстве СТАЛИНА. Она не человек инициативы. Для меня несомненно, что она приняла это решение под чьим-то влиянием. 

ВОПРОС: Откуда же шло это влияние?

ОТВЕТ: РОЗЕНФЕЛЬД мне об этом не говорила. Я предполагала, что ее настроения, о которых я показывала, питаются из связей, идущих к КАМЕНЕВУ. О наличии у нее таких связей мне было известно, так как я знала, что ее бывш<ий> муж Н.Б. РОЗЕНФЕЛЬД является братом КАМЕНЕВА.  

ВОПРОС: Расскажите подробно все, что Вам известно о практической подготовке террористического акта над тов. СТАЛИНЫМ?

ОТВЕТ: В конце 1933 года мы шли однажды втроем (я, МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД) с работы, и у нас на Красной площади был разговор, в котором МУХАНОВА спросила сначала РОЗЕНФЕЛЬД: "Сказать что ли?" – и, получив ее согласие, сообщила мне прямо, что она и РОЗЕНФЕЛЬД готовят убийство СТАЛИНА. В дальнейшем об этом мне несколько раз говорили в 1933 г. МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД и в 1934 г. РОЗЕНФЕЛЬД.

Я знаю, что практически для подготовки убийства они делали следующее:

1. Через меня и ДАВЫДОВУ РОЗЕНФЕЛЬД пыталась устроить МУХАНОВУ на работу в библиотеку МОЛОТОВА. Она предполагала, что это упрочит их положение в Кремле. При мне РОЗЕНФЕЛЬД говорила МУХАНОВОЙ: "Будем работать у МОЛОТОВА, а это уже марка". РОЗЕНФЕЛЬД настойчиво действовала в этом направлении. Меня она специально уговаривала отказаться от работы в библиотеке МОЛОТОВА в пользу МУХАНОВОЙ  (это было летом 1933 года, и я тогда о практической подготовке убийства СТАЛИНА не знала). Эта попытка не удалась, так как МИНЕРВИНА, работавшая вместе со мной и РОЗЕНФЕЛЬД в библиотеке МОЛОТОВА, не хотела менять состав работников.

2. Через ДАВЫДОВУ и МИНЕРВИНУ РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА пытались устроиться на работу в библиотеку СТАЛИНА. Они проявляли при этом большую заинтересованность и настойчивость. Эта попытка тоже не удалась по причинам, которые мне неизвестны.

3. РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА пытались получить билеты на Красную площадь в ноябре 1933 года. Прямо они мне не говорили этого, но из настойчивости, с которой они добивались билетов, мне было ясно, что это стоит в связи с их планом убийства СТАЛИНА. Билетов им достать не удалось.

4. МУХАНОВА до ограничения хождения по Кремлю часто, как она говорила, "гуляла по Кремлю", я об этом уже показывала. Сопоставляя с этим разговор у окна библиотеки осенью 1933 г., когда МУХАНОВА, увидев проходящего СТАЛИНА, сказала: "Так его легко и подстеречь", – и ее постоянный интерес к тому, кто где встречал СТАЛИНА, я полагаю, что прогулки МУХАНОВОЙ были связаны с планом убийства СТАЛИНА. Прямо о возможности убийства его при такой случайной встрече МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД мне не говорили. Они говорили мне об организованной подготовке убийства путем проникновения в библиотеку СТАЛИНА.

5. Думаю, что в связи с подготовкой убийства был и особый интерес, который проявляли МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД к заказам на книги, поступавшим из Секретариата СТАЛИНА.

Заказы на книги делались Секретариатом СТАЛИНА по телефону. МУХАНОВА, а после ее ухода из библиотеки – РОЗЕНФЕЛЬД всегда вели эти телефонные переговоры. За исполненным заказом в библиотеку обычно присылается курьер. Один раз я слышала, как РОЗЕНФЕЛЬД упорно добивалась того, чтобы самой принести отобранные книги в Секретариат, и упрашивала работника Секретариата дать ей пропуск. С кем именно она говорила, я не знаю. Попасть в Секретариат ей, кажется, не удалось. Это было в конце 1934 года. МУХАНОВА таким же путем добилась того, что ходила в секретариат МОЛОТОВА с иностранными книгами. Она бывала там, как она говорила, у ВИЗНЕРА, которому и передавала книги. Знаю с ее слов, что она пробовала установить личное знакомство с ним.

ВОПРОС: Что Вам известно о том, как должен был быть произведен террористический акт?

ОТВЕТ: Прямо мне об этом РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА не говорили. Как я уже показывала, я считаю, что и МУХАНОВА, и РОЗЕНФЕЛЬД были лично готовы к совершению террористического акта.

В одном из разговоров о подготовке его МУХАНОВА мне сказала, что хочет оставить о себе память, как Шарлотта КОРДЕ.

В другом разговоре МУХАНОВА говорила, что ей нужно уметь хорошо стрелять.

ВОПРОС: Кто кроме МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД принимал участие в подготовке террористического акта?

ОТВЕТ: Непосредственно вели подготовку убийства СТАЛИНА, как я уже показывала, РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА. После того, как МУХАНОВА была уволена, подготовку вела РОЗЕНФЕЛЬД. Об этом она мне несколько раз говорила. В детали я посвящена не была.

ДАВЫДОВА З.И. была посвящена РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВОЙ в подготовку убийства СТАЛИНА. Она принимала участие в части тех бесед, о которых я показывала. Она оказывала содействие МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД в их попытках попасть в библиотеку СТАЛИНА. 

В чем еще выражалось участие ДАВЫДОВОЙ в подготовке убийства СТАЛИНА, я не знаю. Думаю, что оно было более значительно, так как ДАВЫДОВА давно работала в Кремле, имеет много знакомств, многое знает и поэтому могла многое сообщить РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВОЙ. По своим личным качествам это человек, способный на активные действия.

О причастности к подготовке убийства СТАЛИНА – БАРУТА, ШАРАПОВОЙ и РАЕВСКОЙ я уже показывала. Все трое настроены антисоветски. БАРУТ был близко связан с МУХАНОВОЙ; ШАРАПОВА с РОЗЕНФЕЛЬД. Точно роль БАРУТА, ШАРАПОВОЙ и РАЕВСКОЙ в подготовке убийства СТАЛИНА мне неизвестна.

ВОПРОС: Какова роль в этом деле СИНЕЛОБОВОЙ?

ОТВЕТ: Роль СИНЕЛОБОВОЙ в подготовке убийства СТАЛИНА мне неизвестна. СИНЕЛОБОВА была в хороших отношениях с МУХАНОВОЙРОЗЕНФЕЛЬД и РАЕВСКОЙ. Я с ней соприкасалась мало.

ВОПРОС: А роль МИНЕРВИНОЙ?

ОТВЕТ: МИНЕРВИНА знала об антисоветских убеждениях РОЗЕНФЕЛЬД, ДАВЫДОВОЙ и моих. О террористических настроениях она, как мне известно, не знала. Наиболее близка она была к ДАВЫДОВОЙ.

ВОПРОС: Вы не назвали среди лиц, имевших отношение к подготовке террористического акта, себя. Расскажите о Вашей роли в этом деле?

ОТВЕТ: Я являлась участницей контрреволюционной группы, готовившей убийство СТАЛИНА. Из состава этой группы мне известны РОЗЕНФЕЛЬДМУХАНОВА и ДАВЫДОВА. Из лиц, связанных с нею и имевших отношение к ее деятельности – РАЕВСКАЯ, ШАРАПОВА и БАРУТ. Я была отчасти посвящена в практическую подготовку убийства СТАЛИНА в пределах, о которых я уже говорила.

Предполагаю, что РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВА думали использовать меня для отдельных технических поручений. Я не принимала участия в практической подготовке убийства СТАЛИНА по случайным причинам личного характера, из-за которых не проявляла активности.

ВОПРОС: Вы не показываете все Вам известное о подготовке террористического акта и о Вашей роли в ней. 

ОТВЕТ: Больше показать ничего не могу.


Записано с моих слов верно, мною прочитано.


<БУРАГО>


Допросили: 


НАЧ. СЕКР.-ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (Г. МОЛЧАНОВ)

ЗАМ. НАЧ. СЕКР. ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (ЛЮШКОВ)

ЗАМ. НАЧ. 2 ОТД. СПО ГУГБ: (СИДОРОВ)


верно: УполнУемов



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 108, Л. 246-255.

Comments