ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) – тов. СТАЛИНУ.

5 февраля 1935 г.


№ 55290 


В дополнение к №№ 55173 от 20/1 и 55270 от 2/II-1935 г. сообщаю, что нами дополнительно арестованы:

1. ДОРОШИН Василий Григорьевич, 40 лет, помощник коменданта Кремля, член ВКП(б) с 1918 года;

2. ГАВРИКОВ Иван Демьянович, 35 лет, начальник химической службы 2-го полка Московской пролетарской стрелковой дивизии, член ВКП(б) с 1919 года.

ДОРОШИН В.Г. держится очень упорно. На первом допросе признал только систематическое распространение клеветы в отношении руководства партии и показал, что в клеветнических целях извращал в троцкистском духе так называемое завещание Ленина.

Показания ДОРОШИНА прилагаю.

ГАВРИКОВ виновным пока себя не признал.

ЛУКЬЯНОВ Иван Петрович, 37 лет, заведующий Большим кремлевским дворцом, член ВКП(б) с 1920 года, и 

КОЗЫРЕВ Василий Иванович, 36 лет, слушатель 4-го курса Военно-химической академии, член ВКП(б) с 1919 года — нами арестовываются.


НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: Г. ЯГОДА



Воспроизводится по: Лубянка. Сталин и ВЧК—ГПУ—ОГПУ—НКВД. Архив Сталина. Документы высших органов партийной и государственной власти. Январь 1922—декабрь 1936 /М.: МФД, 2003, стр. 602.


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА 

ДОРОШИНА Василия Григорьевича от 4-5 февраля 1935 г.


ДОРОШИН В.Г., 1894 г. рожд<ения>, урож<енец> дер. Поярково, Михайловского района, Московской области, служащий, член ВКП(б) с 1918 г., до ареста – пом<ощник> Коменданта Кремля и слушатель вечерней Военной Академии. 


ВОПРОС: Известен ли Вам Василий Иванович КОЗЫРЕВ? 

ОТВЕТ: КОЗЫРЕВ мой односельчанин. После долгого перерыва я с ним восстановил связь, не то в 1929, не то в 1930 году. В данное время КОЗЫРЕВ слушатель Военно-химической академии, член ВКП(б).

ВОПРОС: Расскажите о политических беседах, которые Вы вели с КОЗЫРЕВЫМ?

ОТВЕТ: Я с КОЗЫРЕВЫМ встречался довольно часто у него на квартире по Средне-Кисловскому переулку, д. № 3, кв. 9, и на моей квартире в Кремле. КОЗЫРЕВ враждебно настроен к политике советской власти и партии. В разговорах со мной он высказывал недовольство политикой в деревне, говорил, что коллективизация проводится поспешно в ущерб интересам крестьянства.

В наших беседах КОЗЫРЕВ указывал, что внутрипартийная демократия подменена политикой зажима и диктаторством тов. СТАЛИНА.

Я также распространял клевету о тов. СТАЛИНЕ, ссылаясь при этом на так называемое завещание ЛЕНИНА, которое извращал в троцкистском духе. Завещание я дал КОЗЫРЕВУ для чтения.

ВОПРОС: С кем Вы кроме КОЗЫРЕВА вели контрреволюционные разговоры?

ОТВЕТ: Я передавал клевету о тов. СТАЛИНЕ также состоящему для поручений при коменданте Кремля СИНЕЛОБОВУ А.И. Ему я также давал читать так называемое завещание ЛЕНИНА.

ВОПРОС: Где происходили Ваши беседы с СИНЕЛОБОВЫМ? 

ОТВЕТ: Завещание я ему давал в 1933 году во время дежурства в комендатуре. Там же происходили в этом году наши беседы.

ВОПРОС: Вы показываете, что в беседах с КОЗЫРЕВЫМ и СИНЕЛОБОВЫМ Вами передавалась клевета о тов. СТАЛИНЕ. Были ли Вам известны решения партии в связи с троцкистскими нападками на тов. СТАЛИНА?

ОТВЕТ: Мне было известно, что тов. СТАЛИН после XIV съезда партии два раза просил освободить его от поста генерального секретаря ЦК ВКП(б). Мне также известно, что в обоих случаях партия категорически настояла на том, чтобы тов. СТАЛИН остался на посту генерального секретаря ЦК ВКП(б). 

ВОПРОС: Чем объяснить, что Вы, член партии и командир РККА, зная это, все же распространяли клевету о вожде партии? 

ОТВЕТ: Это объясняется моей связью с антисоветски настроенными людьми вроде КОЗЫРЕВА и СИНЕЛОБОВА. Непрерывные разговоры о неправильной политике партии, о зажиме, отсутствии демократии и о том, что виновником всего этого является руководство партии, привели к положению, когда я превратился в клеветника по отношению к руководству партии.

ВОПРОС: Признаете ли Вы себя виновным в этом? 

ОТВЕТ: Да, виновным себя признаю.

ВОПРОС: Кто еще Вам передавал клеветнические слухи и кому Вы о них говорили?

ОТВЕТ: Клевета распространялась в связи со смертью Н.С. АЛЛИЛУЕВОЙ. Бывший секретарь партячейки комендатуры Кремля, ныне заведующий Большим кремлевским дворцом – ЛУКЬЯНОВ Иван Петрович мне рассказывал на второй день после смерти Н.С. АЛЛИЛУЕВОЙ, что комендант Кремля тов. ПЕТЕРСОН собирал группу товарищей и заявил, что АЛЛИЛУЕВА умерла неестественной смертью. После этого я имел об этом разговор с СИНЕЛОБОВЫМ, который мне сказал, что АЛЛИЛУЕВУ отравили. Я, кажется, говорил об этом с КОЗЫРЕВЫМ, точно не помню.

ВОПРОС: Это не все. Вы еще распространяли клевету о руководстве партии.

ОТВЕТ: Да, я еще распространял клевету о тов. СТАЛИНЕ. Во время выпуска особой группы из Военной Академии в Кремле состоялся банкет с участием тов. СТАЛИНА и членов Политбюро. Я нес охрану во дворце. В числе выпускаемых был командир – кавалерист ГОРЯЧЕВ. Я рассказывал кому-то из охраны, кому точно, сейчас не помню, что на Царицынском фронте между тов. СТАЛИНЫМ и ГОРЯЧЕВЫМ была стычка, во время которой ГОРЯЧЕВ чуть не зарубил тов. СТАЛИНА шашкой.


Записано с моих слов верно, мною прочитано. 


(ДОРОШИН)


ДОПРОСИЛИ: 


НАЧ. СЕКР.-ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (Г. МОЛЧАНОВ

НАЧ. 2 ОТД. СПО ГУГБ: (КАГАН)


Верно: Уполн. Уемов



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 107, Л. 20-22.

Comments