ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ЛУКЬЯНОВА Ивана Петровича

от 7 февраля 1935 г


ЛУКЬЯНОВ И.П., 36 лет, член ВКП(б) с 1920 г., военнослужащий, комендант Большого кремлевского дворца.


ВОПРОС: Вы распространяли клевету в отношении руководителей ВКП(б). Признаете ли Вы это?

ОТВЕТ: Признаю, что мне было известно о распространении контрреволюционной клеветы, направленной против т. СТАЛИНА.

ВОПРОС: Назовите следствию лиц, являющихся распространителями клеветы против тов. СТАЛИНА; перечислите, где они работают и давно ли Вы их знаете?

ОТВЕТ: Участниками клеветнической беседы, направленной против тов. СТАЛИНА, являлись работающие в комендатуре Кремля ДОРОШИН Василий Григорьевич – помощник коменданта Кремля, член ВКП(б), ПАВЛОВ Иван Ефимович – помощник коменданта Кремля, член ВКП(б), ПОЛЯКОВ Павел Федорович – начальник административно-хозяйственного управления комендатуры Кремля, член ВКП(б). Эта беседа велась после XVI съезда партии в здании комендатуры Кремля, в комнате дежурного помощника коменданта. Во время этой беседы ДОРОШИН или ПОЛЯКОВ (точно не помню) свои контрреволюционные клеветнические выпады против тов. СТАЛИНА подкрепляли ссылками на имеющееся у них так называемое завещание ЛЕНИНА.

ДОРОШИНА я знаю с 1924 года по школе ВЦИК, где он был командиром роты; ПАВЛОВА – с 1925 года, тоже по школе ВЦИК, и ПОЛЯКОВА – с 1929 года по работе в комендатуре Кремля.

ВОПРОС: Распространяли ли Вы лично клевету о руководителях ВКП(б)?

ОТВЕТ: Нет, не распространял. 

ВОПРОС: Какие еще клеветнические факты вам известны?

ОТВЕТ: В день смерти Н.С. АЛЛИЛУЕВОЙ комендант Кремля тов. ПЕТЕРСОН собрал у себя в кабинете меня, секретаря парторганизации комендатуры Кремля ВЕРКУНИЧА Ивана Евдокимовича и остальных членов бюро партколлектива комендатуры, фамилии которых сейчас не помню, и сказал нам по секрету, что АЛЛИЛУЕВА умерла неестественной смертью.

ВОПРОС: Передавали ли Вы об этом еще кому-либо и когда?

ОТВЕТ: Нет, не передавал.

ВОПРОС: Показаниями арестованного помощника коменданта Кремля ДОРОШИНА установлено, что Вы лично передали ему клевету, связанную со смертью Н.С. АЛЛИЛУЕВОЙ. Признаете ли Вы это?

ОТВЕТ: Точно не помню, говорил ли я об этом ДОРОШИНУ, но допускаю, что мог ему рассказать.

ВОПРОС: Известно ли Вам решение партии в связи с к.-р. троцкистскими нападками на тов. СТАЛИНА?

ОТВЕТ: Мне известно, что тов. СТАЛИН просил освободить его от поста генерального секретаря ЦК ВКП(б), и я знаю и знал о том, что партия категорически настояла на том, чтобы тов. СТАЛИН остался генеральным секретарем Центрального Комитета.

ВОПРОС: Сообщили ли Вы Вашему непосредственному начальнику тов. ПЕТЕРСОНУ о контрреволюционной клеветнической беседе, ведшейся названными вами сотрудниками комендатуры Кремля?

ОТВЕТ: Нет, не сообщил.

ВОПРОС: Чем Вы можете объяснить следствию, что Вы – член ВКП(б) и командир РККА, зная решение партии, не сообщили о контрреволюционной клевете в отношении вождей партии?

ОТВЕТ: Признаю свою вину в том, что, зная о клевете троцкистов ДОРОШИНА, ПАВЛОВА и ПОЛЯКОВА в отношении партруководства, скрывал это от партии.

ВОПРОС: Вы называете ДОРОШИНА, ПАВЛОВА и ПОЛЯКОВА троцкистами, почему вы их называете троцкистами?

ОТВЕТ: Я их так называю потому, что клевета на тов. СТАЛИНА, которую я от них слышал, совпадает с контрреволюционной клеветой, которую распространяют против руководителей партии троцкисты.

ВОПРОС: Поскольку ДОРОШИН, ПАВЛОВ и ПОЛЯКОВ являются троцкистами, они, скрывая от партии свои контрреволюционные троцкистские убеждения, использовали свое пребывание в комендатуре Кремля в контрреволюционных целях. Признаете ли Вы, что Вам было об этом известно?

ОТВЕТ: Отрицаю. Мне ничего не известно, чтобы названные лица использовали свое пребывание на работе в Кремле в к.-р. целях.

ВОПРОС: Следствию известно, что ДОРОШИН, ПАВЛОВ, ПОЛЯКОВ и другие входили в контрреволюционную троцкистскую группу, участником которой Вы также являлись. Признаете ли Вы это? Расскажите также следствию, что Вам известно о составе к.-р. группы и ее деятельности?

ОТВЕТ: Нет, не признаю. Мне неизвестно о существовании контрреволюционной троцкистской группы.

ВОПРОС: Показаниями обвиняемого ДОРОШИНА и Вашим личным признанием установлено, что Вы являлись участником контрреволюционной клеветнической беседы, направленной против руководителей ВКП(б), которую Вы сами характеризуете как троцкистскую. Между тем Вы отрицаете наличие троцкистской группы и Ваше участие в ней. Следствие констатирует, что Ваши показания противоречат фактической стороне дела, и настаивает на правдивом ответе на вопрос о вашей принадлежности к к.-р. троцкистской группе.

ОТВЕТ: Утверждаю, что мне о существовании контрреволюционной троцкистской группы ничего не известно.

ВОПРОС: Следствие располагает данными, что Вы систематически участвовали в контрреволюционных клеветнических беседах, направленных против руководителей партии, ведшихся названными выше участниками группы. Признаете ли Вы это?                                                                               

ОТВЕТ: Нет, не признаю. 

ВОПРОС: Признаете ли Вы, что систематически ведшиеся контрреволюционные троцкистские клеветнические беседы среди названных Вами сотрудников комендатуры Кремля с Вашим участием создавали атмосферу озлобленного отношения к руководителям партии?

ОТВЕТ: Признаю, что контрреволюционная клеветническая беседа названных мною сотрудников комендатуры Кремля с моим участием разжигала озлобленные настроения к руководству партии и к тов. СТАЛИНУ. 


Записано с моих слов верно, мною прочитано. 


(ЛУКЬЯНОВ)


ДОПРОСИЛИ: 


НАЧ. СЕКР.-ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (Г. МОЛЧАНОВ)

ЗАМ. НАЧ. СЕКР.-ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (ЛЮШКОВ)


Верно: Уполн. Уемов



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 107, Л. 23-27.
Опубликовано: Лубянка. Сталин и ВЧК—ГПУ—ОГПУ—НКВД. Архив Сталина. Документы высших органов партийной и государственной власти. Январь 1922—декабрь 1936 /М.: МФД, 2003, стр. 604-606.

Comments