ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

МИНЕРВИНОЙ, Любовь Николаевны, от 21-го марта 35 г.


МИНЕРВИНА Л.Н., 1895 г<ода> рождения, дочь сельского священника, с незаконченным высшим образованием, беспартийная, под судом и следствием не состояла. С 1924 по 1.II-35 г. занимала должность секретаря для поручений при президиуме ЦИК СССР. В Кремле работала с 1920 года.


ВОПРОС: В показании от 21/III-35 г. Вы сообщили следствию о том, что РОЗЕНФЕЛЬД, Нина Александровна, просила Вас устроить ее на работу в библиотеку тов. СТАЛИНА.

Прошу развить это показание, указав точно, когда и при каких обстоятельствах Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД просила Вас устроить ее на работу в библиотеку тов. СТАЛИНА.

ОТВЕТ: В конце 1933 г. ЕНУКИДЗЕ, вернувшись из поездки в Сочи, в третий раз предложил мне и КРУГЛИКОВОЙ Татьяне Алексеевне приступить к работе в личной библиотеке СТАЛИНА. Мы обе отказались от этого предложения, считая себя технически мало подготовленными к библиотечной работе. КРУГЛИКОВА – беспартийная, муж ее – мелкий советский служащий, техник по топливу. КРУГЛИКОВА в то время и до дня моего ареста работала в библиотеке института Рыбоведения. Кроме того, она иногда, приблизительно раз в месяц, работала в личной библиотеке ЕНУКИДЗЕ. КРУГЛИКОВА до 1923 г. работала в архиве ВЦИКа. Почему она была уволена из архива ВЦИКа, мне неизвестно, однако я знаю, что она, не работая ни в одном из Кремлевских учреждений, – до самого последнего времени имела постоянный пропуск в Кремль с правом прохода в квартиру ЕНУКИДЗЕ. КРУГЛИКОВА была чрезвычайно поражена тем, что ЕНУКИДЗЕ предложил ей совместно со мною работать в личной библиотеке СТАЛИНА.

Узнав о том, что ЕНУКИДЗЕ предложил мне работать в библиотеке СТАЛИНА, Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД стала меня упрашивать устроить ее на работу в библиотеку СТАЛИНА.

Разговор об этом у нас с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД происходил в Секретариате Президиума ЦИК СССР в присутствии СВАНИДЗЕ. На просьбы Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД я ответила ей отказом, мотивируя это тем, что я лично сама отказалась от предложения ЕНУКИДЗЕ работать в библиотеке СТАЛИНА и поэтому не могу устроить на эту работу и ее.

До этого Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД просила меня устроить на работу в библиотеку МОЛОТОВА МУХАНОВУ. Однако я заявила РОЗЕНФЕЛЬД, что ставить вопрос об устройстве на работу в библиотеку МОЛОТОВА МУХАНОВОЙ неудобно, поскольку о МУХАНОВОЙ среди сотрудников Кремлевский учреждений ходили слухи как об антисоветском элементе, имеющем к тому же связи с заграницей.   

ВОПРОС: Сколько времени Вы работали совместно с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД в личной библиотеке тов. МОЛОТОВА? 

ОТВЕТ: С 1932 года по 1935 год включительно. В среднем, нас вызывали на работу в библиотеку тов. МОЛОТОВА один раз в месяц.

ВОПРОС: С кем из дом<ашних> работниц квартиры тов. МОЛОТОВА была лично знакома Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД

ОТВЕТ: Не знаю. 

ВОПРОС: Кого из дом<ашних> работниц квартиры тов. МОЛОТОВА знала Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД знала следующих дом<ашних> работниц квартиры тов. МОЛОТОВА: Елизавету Карловну и Верочку. Кроме того, она слышала о моем разговоре в квартире МОЛОТОВА с Ревеккой Семеновной ЛЕШНЕЦКОЙ о домашней портнихе, посещавшей квартиру МОЛОТОВА, Галине Ивановне (фамилии ее не знаю). 

ВОПРОС: Что Вам известно о Галине Ивановне? 

ОТВЕТ: Галина Ивановна помимо квартиры МОЛОТОВА посещала в качестве домашней портнихи квартиры и других членов правительства и ответственных работников, проживающих в 1-м Доме Советов.

Галина Ивановна как-то шила на дому и у меня (один день). В разговоре со мной Галина Ивановна выказала себя как антисоветский элемент, так как она выражала свое возмущение "советскими порядками" и тем, что ее притесняют фининспектора, требующие от нее уплаты налогов. Из разговоров с Галиной Ивановной в течение этого дня, когда она шила у меня на квартире, я узнала, что она недавно приехала в Москву с Кубани, причем у меня сложилось впечатление о том, что она уехала с Кубани, скрываясь от раскулачивания.

Галина Ивановна рассказывала мне, что она не имеет в Москве квартиры и принуждена снимать угол у какой-то своей знакомой. При мне Галина Ивановна звонила по телефону из моей квартиры в какое-то советское учреждение к своему жениху и сообщила ему о том, что она едет работать на дачу МОЛОТОВА.

При первой же встрече в квартире МОЛОТОВА с Полиной ЖЕМЧУЖИНОЙ я высказала ей свое впечатление о Галине Ивановне как об антисоветском человеке, которого опасно пускать к себе на квартиру.

После этого в присутствии Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД я как-то спросила у Ревекки Семеновны ЛЕШНЕЦКОЙ о Галине Ивановне и высказала свой взгляд о Галине Ивановне как о чужом человеке, которого не следует пускать в Кремль.

Была ли знакома Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД с Галиной Ивановной, мне неизвестно.

Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД никогда меня о Галине Ивановне не расспрашивала. 

ВОПРОС: Что Вы можете показать дополнительно о Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД

ОТВЕТ: Незадолго до открытия 7-го съезда Советов, т.е. в декабре 1934 года ЕНУКИДЗЕ в помещении Секретариата Президиума ЦИКа сказал мне в присутствии ИВАНОВОЙ и СВАНИДЗЕ следующее:

До него дошли слухи о том, что сын Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД – Борис РОЗЕНФЕЛЬД – распространяет какие-то клеветнические слухи о членах Правительства. Хорошо помню, что ЕНУКИДЗЕ в связи с этим назвал Бориса РОЗЕНФЕЛЬДА "сволочью" и "трепачом" и заметил, что в отношении Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД у него нет сомнений, поскольку она, по его мнению, является советским человеком.

В связи с этим я спросила дня через два после этого у Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД, с кем поддерживает связи ее сын Борис

Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД была крайне смущена моим вопросом и настойчиво пыталась у меня выяснить, почему я задала ей такой вопрос. На это я ответила ей каким-то уклончивым ответом. Тогда Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД мне заявила, что ее сын Борис так занят своей работой, что ни с кем не встречается.

Добавлю, что после ареста Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД ДАВЫДОВА мне сообщила, что незадолго до своего ареста Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД проявляла крайнее беспокойство и заявляла ей, ДАВЫДОВОЙ, что она опасается ареста как себя, так и своего сына Бориса. Арест Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД и ее сына Бориса был истолкован сотрудниками Секретариата ее связью с Львом Борисовичем КАМЕНЕВЫМ. Об этом мне рассказала сотрудница Кремлевской библиотеки – ИВАНОВА. 

Добавлю, что в 1933 г. Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД через ЕНУКИДЗЕ хлопотала об освобождении какого-то ее знакомого, арестованного ОГПУ.

Фамилию его не знаю, но помню, что этот арестованный был молодым человеком лет 19-ти и являлся единственным сыном своей матери.  


Показания с моих слов записаны правильно и мною прочитаны.


МИНЕВРИНА.


22/IV-35 г.


Допросил:


П/НАЧ. ИНО ГУГБ НКВД СССР – СЛАВАТИНСКИЙ.


Верно: УПОЛНОМ. 2 ОТД. СПО ГУГБ: А. Евсти<…> 



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 111, Л. 215-219.

Comments