ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

НОВОЖИЛОВА Максима Ивановича от 3.IV.1935 года.


НОВОЖИЛОВ М.И., 1897 г<ода> р<ождения>, урож<енец> Моск<овской> области, Волоколамского района, дер. Рождествено, гр<ажданин> СССР, русский, военнослужащий, ст<арший> инженер ЦАГИ. Отец – кустарь портной. Образование высшее специальное. Холост, чл<ен> ВКП(б) с 1918 г. Служил в Красной Армии.


Вопрос: Предъявляем Вам материал, найденный при обыске у Вас на квартире. Материал озаглавлен "Доклад о перелете самолетов ТБ-3-4, М-17 Москва-Хабаровск". Объясните происхождение этого материала.

Ответ: Этот материал представляет собою мой доклад на имя зам<естителя> нач<альника> ЦАГИ ИЛ<Ь>ЮШИНА, в котором я дал оценку поведения моторов и других частей самолетов во время перелета Москва-Хабаровск. Материал имеет значительную ценность, он подытоживает опыт этого перелета, в котором участвовало 8 тяжелых бомбовозов, переброшенных в 1932 году из Москвы на Дальний Восток в связи с обострением положения на Дальнем Востоке. 

Вопрос: Этот материал является секретным?

Ответ: Нет, материал не является секретным. В нем указаны только данные о том, с какой скоростью шли самолеты во время перехода и на какой высоте.

Вопрос: Выше Вы сами показали, что материал представляет из себя большую ценность. Таким образом, Ваш последний ответ неправилен. Представляет ли этот материал ценность для иностранных государств как документ, дающий четкое представление о качестве наших тяжелых бомбовозов? 

Ответ: Да, безусловно. Должен признать, что материал является секретным.

Вопрос: Почему Вы его не сдали по назначению?

Ответ: Я этот материал не сдал вовремя по назначению, и он у меня завалялся дома.

Вопрос: Почему же Вы все-таки не сдали доклада по назначению?

Ответ: Потому что ИЛ<Ь>ЮШИН у меня не попросил этого материала.

Вопрос: Это не ответ. Вы даете явно неудовлетворительное объяснение, имели ли вы право хранить этот материал дома?

Ответ: Нет, не имел.

Вопрос: Кому из лиц, посторонних ЦАГИ, вы показывали этот документ? 

Ответ: Я рассказывал о содержании этого документа моему знакомому – слушателю Военно-Химической академии ИВАНОВУ.

Вопрос: Почему вы так поступили? Вы имели право рассказывать об этом ИВАНОВУ

Ответ: Нет, я этого не должен был делать.

Вопрос: Предъявляем Вам выписку из постановления Московской Областной Контрольной Комиссии, в которой указано, что вам объявлен выговор за участие в группировке, "вносившей разлад в партийную среду". Объясните, за что именно вам был объявлен выговор?

Ответ: Этот выговор был мне объявлен, когда я был слушателем Академии Воздушного Флота. Я вместе с рядом товарищей разоблачил нескольких слушателей-партийцев, скрывавших свое социальное происхождение (бывш<ие> жандармы, бывш<ие> попы и т.д.) и проводивших групповую борьбу.

Вопрос: Вы пытаетесь объяснить получение выговора тем, что вы разоблачили лиц, проникших обманным путем в партию? 

Ответ: Нет, это не так. Я выговор получил не за это, а за участие в беспринципной группировке, которая существовала среди слушателей академии. 

Вопрос: С кем вы находитесь в дружеских отношениях?

Ответ: В дружеских отношения я нахожусь с ЧЕРНЯВСКИМ Михаилом Кондратьевичем и ИВАНОВЫМ Федром Георгиевичем.

Вопрос: При каких обстоятельствах вы познакомились с ЧЕРНЯВСКИМ? 

Ответ: С ЧЕРНЯВСКИМ я познакомился в 1921 году, когда мы вместе обучались в Московской военно-химической школе. С этого времени у меня с ЧЕРНЯВСКИМ установились близкие товарищеские отношения, которые продолжались вплоть до ареста. ЧЕРНЯВСКИЙ член партии с 1919 года и в настоящее время ответственный работник Разведывательного Управления РККА.

Вопрос: А когда состоялось ваше знакомство с ИВАНОВЫМ?

Ответ: Мое знакомство с ИВАНОВЫМ также относится к 1921 году. ИВАНОВ обучался в той же Московской военно-химической школе. С момента обучения в этой школе мы все трое близко сошлись и систематически друг с другом встречались, вплоть до ареста. ИВАНОВ – член партии с 1919 года и в настоящее время слушатель Военно-Химической академии им. Ворошилова.

Вопрос: Что вам известно о ЧЕРНЯВСКОМ и ИВАНОВЕ

Ответ: ЧЕРНЯВСКОГО и ИВАНОВА я знаю как хороших партийцев.

Вопрос: ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ – двурушники, контрреволюционеры, и вам об этом хорошо известно. Предлагаем дать правдивый ответ. 

Ответ: Повторяю, что ничего компрометирующего ЧЕРНЯВСКОГО и ИВАНОВА перед партией и Советской властью я не знаю. Что касается ЧЕРНЯВСКОГО, то он очень скрытный человек, с хитрецой; допускаю, что он занимался контрреволюционной работой, но от меня это скрывал.

Вопрос: Что вы хотите этим сказать? 

Ответ: Предположение, что ЧЕРНЯВСКИЙ ведет какую-то контрреволюционную работу, я делаю на основе следующих данных: как-то ЧЕРНЯВСКИЙ с длинными подробностями рассказал о поимке одного английского шпиона, проникшего на работу в аппарат Наркомвнешторга. У меня создалось впечатление, что ЧЕРНЯВСКИЙ этим рассказом преследовал заднюю мысль прощупать меня, выяснить мои настроения и возможность моего привлечения к какой-то нелегальной работе. Такой же характер прощупывания носило и его предложение о привлечении меня для работы в Разведывательное Управление РККА. Я считаю, что ЧЕРНЯВСКИЙ пытался установить, соглашусь ли я на работу, связанную с нелегальной деятельностью.

Вопрос: Мы вас прервем. Из ваших показаний все же нельзя установить, какие же у вас были основания к подозрению. 

Ответ: О всех моих подозрениях я сообщил выше и к этому ничего добавить не могу.

Вопрос: Сообщали ли вы кому-либо об этих ваших подозрениях?

Ответ: Нет, об этих подозрениях я впервые сообщаю здесь, на следствии.

Вопрос: Данным вами объяснением вы пытаетесь запутать следствие. Показаниями ЧЕРНЯВСКОГО и ИВАНОВА установлена их контрреволюционная деятельность. Предлагаем дать откровенное показание по этому вопросу.

Ответ: Я признаю, что ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ являются двурушниками – контрреволюционерами и скрытыми троцкистами. Это мне известно в результате близкого общения с ними в продолжение ряда лет. Я пользовался их полным доверием, и они от меня ничего не скрывали.

Вопрос: Сообщали ли вы партийным организациям о том, что ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ являются двурушниками и скрытыми троцкистами? 

Ответ: Нет, я не сообщал.

Вопрос: Выше Вы указали, что пользовались полным доверием у ЧЕРНЯВСКОГО и ИВАНОВА; затем вы показываете, что не сообщали в партийную организацию о них как <о> троцкистах. Как вы объясняете такое ваше поведение? 

Ответ: Я признаю, что также являюсь двурушником и троцкистом, скрывающим от партии свои подлинные контрреволюционные взгляды.

Вопрос: Принадлежали ли ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ и вы в прошлом к антипартийным контрреволюционным группам? 

Ответ: Ни я, ни ЧЕРНЯВСКИЙ, ни ИВАНОВ открыто в прошлом к антипартийным контрреволюционным группам не принадлежали.

Вопрос: Когда вы впервые вступили на путь троцкистской деятельности? 

Ответ: Лично я являюсь троцкистом с 1926-27 г.

Вопрос: А ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ?

Ответ: ЧЕРНЯВСКИЙ с 1928 года, а ИВАНОВ – 1928-29 г. Я втянул ЧЕРНЯВСКОГО и ИВАНОВА на этот путь.

Вопрос: Привлекли ли Вы кого-либо еще к троцкистской работе? 

Ответ: Я находился в связи с двумя лицами, разделявшими мои троцкистские взгляды, – это СЕМЕНОВ Василий Валерианович, окончил Академию Воздушного Флота, в настоящее время работает в ЦИАМе, и КОВАЛЬКОВ Алексей Федорович – работает в Институте Аэродрома у ГРОХОВСКОГО. Эти лица, являющиеся членами ВКП(б), враждебно относились к СТАЛИНУ и к руководству ВКП(б), высказывали резко отрицательные суждения по основным вопросам политики партии и советской власти. 

Вопрос: А кто вас привлек к троцкистской работе и были ли у вас связи с троцкистскими организациями периода 1926 г.? 

Ответ: Я стал троцкистом под влиянием изучения расхождений между троцкистами и партией и никем на этот путь не был втянут.

Вопрос: Вы говорите ложь. Показаниями ЧЕРНЯВСКОГО установлено, что вы склоняли его в период 1926-27 года посетить собрание троцкистов во II МГУ, происходившее под специальной охраной троцкистов. Оглашаем вам показания ЧЕРНЯВСКОГО. Что вы можете показать по этому вопросу? 

Ответ: Я отрицаю, что приглашал ЧЕРНЯВСКОГО на собрание троцкистов.

Вопрос: Вы скрываете от следствия свои связи с троцкистской организацией. Дайте правдивый ответ. 

Ответ: Выше я уже показал, что не имел связи с троцкистами. 

Вопрос: Привлек ли кого-либо к троцкистской деятельности ЧЕРНЯВСКИЙ?

Ответ: Я знаю, что ЧЕРНЯВСКИЙ находится в близких товарищеских отношениях с БУЗАНОВЫМ, МИЛОВИДОВЫМ, ГВОЗДИКОВЫМ, БУРКОВЫМ, РОХИНСОНОМ, КОЗЫРЕВЫМ и БЕРЛОГОЙ. Я уверен, что среди этих лиц он имеет единомышленников, но кто из них является единомышленником, мне неизвестно. 

Вопрос: Вы говорите неправду. Вам известно, кто именно из этих лиц является троцкистом и связан по троцкистской работе с ЧЕРНЯВСКИМ. Предлагаем дать правдивый ответ.

Ответ: Повторяю, что я не знаю, кто из указанных выше лиц является троцкистом.

Вопрос: Что вам известно о поездке за границу ЧЕРНЯВСКОГО в 1931 году?

Ответ: Я знаю со слов ЧЕРНЯВСКОГО, что в 1931 году он выехал в Америку и в другие страны с заданием по линии Разведупра, что он для прикрытия своей разведупровской работы вступил студентом в Технологический Институт в Бостоне, он был связан по работе Разведупра с неким УГЕРОМ [1], работавшим в Амторге, которого ЧЕРНЯВСКИЙ называл своим "связным", т.е. лицом, осуществляющим связь между подпольем, в котором находился ЧЕРНЯВСКИЙ, и Разведупром.

Вопрос: Сообщал ли что-либо ЧЕРНЯВСКИЙ о деятельности троцкистов за границей? 

Ответ: По возвращении из Америки ЧЕРНЯВСКИЙ проявлял большую осведомленность о жизни и деятельности троцкистов, а также о работе троцкистов. Я проявил значительный интерес к его информации и засыпал его вопросами.

Вопрос: Говорил ли Вам что-либо ЧЕРНЯВСКИЙ о своих встречах с американскими троцкистами? 

Ответ: Не помню.

Вопрос: Называл ли Вам ЧЕРНЯВСКИЙ американского троцкиста по фамилии РЯСКИН? 

Ответ: Нет, эту фамилию я впервые слышу от Вас.

Вопрос: Вы скрываете от следствия связи ЧЕРНЯВСКОГО с американскими троцкистами, и следствие предлагает Вам дать правдивый ответ.

Ответ: Я о РЯСКИНЕ ничего не знаю.

Вопрос: Оказало ли какие-либо влияние на развитие троцкистских взглядов ЧЕРНЯВСКОГО его пребывание в Америке?

Ответ: Да, ЧЕРНЯВСКИЙ вернулся из Америки, укрепившись в своих взглядах. В разговорах со мной и с ИВАНОВЫМ он в контрреволюционных выражениях утверждал о невыполнимости лозунга партии – "догнать и перегнать", что СССР не выйдет в ряд наиболее передовых в техническом отношении стран, потому что капиталистические страны этого не допустят, что наши успехи в области промышленности сомнительны. Далее ЧЕРНЯВСКИЙ развивал троцкистский тезис об отсталости страны и т.д. Все высказывания ЧЕРНЯВСКОГО по вопросам политики партии и Советской власти были проникнуты острой враждебностью по отношению к СТАЛИНУ, к Центральному Комитету Партии. 

Вопрос: Что вы можете дополнительно показать о ЧЕРНЯВСКОМ?

Ответ: ЧЕРНЯВСКИЙ является врагом партии и Советской власти, в своих высказываниях он указывает, что в партии существует зажим, что нет самокритики, что индустриализация страны проводится за счет прямого разорения и обнищания деревни. По вопросам колхозного строительства он защищал позицию отъявленных врагов коммунизма.

Вопрос: Что вам известно об ИВАНОВЕ?  

Ответ: Я уже показывал, что ИВАНОВ стоял на тех же контрреволюционных позициях, что и ЧЕРНЯВСКИЙ. По всем вопросам политики партии и советской власти он занимал последовательно троцкистскую позицию. Все его высказывания были проникнуты враждой и злобой в отношении СТАЛИНА и ЦК.

Вопрос: Что вы можете дополнительно показать о своей контрреволюционной деятельности?

Ответ: Я являюсь во всей нашей контрреволюционной деятельности главным инициатором. Я приходил к моим товарищам ЧЕРНЯВСКОМУ и ИВАНОВУ и с пеной у рта, с большим возбуждением давал контрреволюционные оценки происходившим событиям, политике партии и Советской власти. Это я делал вплоть до момента ареста. В этих обсуждениях я, ЧЕРНЯВСКИЙ и ИВАНОВ быстро находили общий язык. Так оформлялись и формировались наши контрреволюционные взгляды. Все наши высказывания были проникнуты большой враждебностью по отношению к СТАЛИНУ и Центральному Комитету партии. Мы брали теневые стороны советской действительности, обобщая их и приходя к выводу о провале политики ЦК, искали виновников и находили их в Центральном Комитете и в особенности в СТАЛИНЕ. Я говорил, что в партии режим "обуха", что партийные организации являются рабски послушным орудием в руках ЦК и СТАЛИНА. Мое отношение к Троцкому было отношение восторженности. Мы втроем считали, что Троцкий являлся подлинным организатором гражданской войны. Мы развивали пораженческие теории о том, что в случае войны крестьянство пойдет против Советской власти.

Вопрос: Когда вы в последний раз видели ЧЕРНЯВСКОГО? 

Ответ: Последний раз ЧЕРНЯВСКОГО я видел во второй половине февраля 1935 года.

Вопрос: Какую Вы имели беседу с ЧЕРНЯВСКИМ во время этой встречи?

Ответ: ЧЕРНЯВСКИЙ с тревогой рассказывал мне о том, что арестованы КОЗЫРЕВ – слушатель Военно-Химической Академии, ДОРОШИН – пом<ощник> коменданта Кремля, и СОСИПАТРОВ – слушатель Военно-Химической академии. 

Вопрос: Что именно вызывало тревогу у ЧЕРНЯВСКОГО?

Ответ: Самый факт ареста этих лиц.

Вопрос: Почему именно арест этих лиц вызывал у ЧЕРНЯВСКОГО тревогу?

Ответ: Я не знаю.

Вопрос: Вы говорите заведомую ложь. ЧЕРНЯВСКИЙ проявлял тревогу ввиду того, что были арестованы его и ваши сообщники по троцкистской работе. Что вы можете показать по этому вопросу? 

Ответ: Я это отрицаю.


Записано с моих слов верно, мною прочитано


НОВОЖИЛОВ.


ДОПРОСИЛИ: 


ПОМ. НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР (ДМИТРИЕВ)

НАЧ. 3-ЭКО ГУГБ (ЧЕРТОК)


Верно: Уп. II СПО ГУГБ А. Евсти<…> 



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 110, Л. 174-184.


[1] Угер Давид Александрович, 1895-1937. Сотрудник Разведупра РККА, работал в Амторге с мая 1930 по декабрь 1933.

Comments