ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПОКАЗАНИЯ

ПЕТРОВОЙ, Екатерины Александровны от 20/III-1935 г.


ПЕТРОВА Е.А., 1892 г<ода> рожден<ия>, ур<оженка> г. Москвы, русская, б<ес>парт<ийная>, до ареста работала библиотекаршей в правительственной библиотеке.   


ВОПРОС: На допросе от 13/III вы скрыли от следствия известные вам факты антисоветской деятельности РОЗЕНФЕЛЬД, ДАВЫДОВОЙ и БУРАГО. Предлагаю показать все, что Вам известно по этому делу?

ОТВЕТ: РОЗЕНФЕЛЬД, БУРАГО и ДАВЫДОВА проявляли себя как антисоветские элементы, распространяли кле­вету против т. СТАЛИНА, рассказывали антисоветские анекдоты. Наиболее ярко проявила себя как чуждый, враждебный советскому строю элемент – РОЗЕНФЕЛЬД Нина.

Как-то БУРАГО рассказала мне, что в связи с ее занятиями с комсомольской молодежью, т.к. она являлась инструктором в библиотеке, РОЗЕНФЕЛЬД несколько раз вы­сказывала ей свое возмущение по поводу ее общения с ком­сомольцами. "Как ты можешь разговаривать с этими комсомольцами? – я не терплю их".

ВОПРОС: Что еще вы знаете о РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: Я давно знаю РОЗЕНФЕЛЬД как человека не советского и поэтому избегала общения с ней. Помню, что еще в 1930 году РОЗЕНФЕЛЬД, БУРАГО и бывшая сотрудница библиотеки ШАРАПОВА повели травлю советской молодежи, – сотрудниц БУРКОВОЙ и БУРОВСКОЙ, оставшихся в правительственной библиотеке после ее слияния с библиотекой ВЦИКа. Травля сопровождалась неприкрытыми антисоветскими выступлениями. В результате, одна из пришедших девушек – БУРОВСКАЯ ушла из библиотеки. Это отталкива­ло меня от них (РОЗЕНФЕЛЬД и Ко), о чем я заявила БУРАГО впоследствии, когда ближе сошлась с ней. Это же обуславливает и то, что они не делятся со мной разго­ворами об их к.-р. мероприятиях. До последнего време­ни я наблюдала, что РОЗЕНФЕЛЬД в библиотеке шепталась с ДАВЫДОВОЙ или старалась говорить с БУРАГО и ДАВЫДО­ВОЙ так тихо, чтоб другие не могли слышать их разго­воров.

ВОПРОС: Что вы знаете о к.-р. деятельности ДАВЫДОВОЙ?

ОТВЕТ: ДАВЫДОВА в моем присутствии рассказывала антисоветские анекдоты, в которых клеветнически упоми­налось имя СТАЛИНА.

ВОПРОС: Расскажите о к.-р. деятельности БУРАГО? 

ОТВЕТ: БУРАГО мне говорила о том, что АЛЛИЛУЕВА умерла не естественной смертью, а отравилась, что офи­циальные сообщения о ее смерти не соответствуют действительности.

ВОПРОС: Известно ли Вам, при чьей поддержке, несмотря на их антисоветские настроения, РОЗЕНФЕЛЬД, ДАВЫДОВА и БУРАГО продолжали работать в Кремле?

ОТВЕТ: Из разговоров РОЗЕНФЕЛЬД я поняла, что она пользуется поддержкой у ЕНУКИДЗЕ. Как-то она получила выговор от непосредственного начальства за неаккуратную явку на службу. На выговор она реагировала так: "Стоит мне только обратиться к ЕНУКИДЗЕ, и выговор будет снят".

ВОПРОС: Вы не все рассказываете о к.-р. деятельно­сти РОЗЕНФЕЛЬД, ДАВЫДОВОЙ и БУРАГО. Требуем от Вас правдивых показаний.

ОТВЕТ: Я рассказала все, что знала.

ВОПРОС: Это ложь. Вы были осведомлены о террористи­ческих намерениях РОЗЕНФЕЛЬДМУХАНОВОЙ и ДАВЫДОВОЙ. Расскажите, что Вы знаете об этом?

ОТВЕТ: О террористических намерениях РОЗЕНФЕЛЬД, ДАВЫДОВОЙ и БУРАГО я ничего не знаю. В связи о постав­ленными вами вопросами у меня возникли подозрения относительно последних звонков МУХАНОВОЙ и БУРАГО по телефону – в январе 1935 г. перед съездом Советов РСФСР.

ВОПРОС: Расскажите, о чем говорила МУХАНОВА с БУРАГО по телефону?

ОТВЕТ: МУХАНОВА работала у нас в библиотеке. Уволена больше года тому назад как неблагонадежный элемент. Накануне съезда Советов РСФСР БУРАГО мне говорила, что МУХАНОВА звонит к ней несколько раз и добивают­ся свидания. Причины необходимости свидания по телефону не называет. Подозрительным мне это кажется по­тому, что до этого времени после увольнения МУХАНОВОЙ между нею и БУРАГО не было разговоров по телефону. БУРАГО мне не говорила также, что она встречалась где-либо в это время с МУХАНОВОЙ. Если бы встре­чи были, мне бы БУРАГО сказала бы.

ВОПРОС: Вы спросили БУРАГО, почему МУХАНОВА добивается с ней свидания?

ОТВЕТ: Я говорила БУРАГО, зачем она вступает в разговоры с МУХАНОВОЙ, зная, что она уволена как неблагонадежный элемент.

ВОПРОС: Что вам ответила БУРАГО?

ОТВЕТ: БУРАГО мне сказала, что она отказалась от встречи с МУХАНОВОЙ.

ВОПРОС: Почему у вас возникли подозрения в отно­шении МУХАНОВОЙ?

ОТВЕТ: Часть сотрудниц библиотеки работали на съезде Советов РСФСР и СССР – МУХАНОВА могла думать, что и БУРАГО попадет на съезд и будет иметь доступ к вождям. Вот в связи с этим и возникают у меня подоз­рения.

ВОПРОС: Вы уклоняетесь от прямого ответа. БУРАГО призналась в том, что ей были известны террористические намерения МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД. Расскажите, что вам говорила БУРАГО о МУХАНОВОЙ.

ОТВЕТ: О террористических намерениях МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД БУРАГО мне ничего не говорила. Я припо­минаю разговор БУРАГО о том, что РОЗЕНФЕЛЬД настойчиво старалась устроить МУХАНОВУ в личную библиотеку МОЛОТОВА. РОЗЕНФЕЛЬД предлагала БУРАГО устроить МУХАНОВОЙ работу в библиотеке МОЛОТОВА. Это я слышала от БУРАГО в 1933 году, но и в этом разговоре БУРАГО ни­чего о терроре не сказала.

ВОПРОС: Вы говорите неправду. При вашей близости с БУРАГО и другими обвиняемыми вы не могли не знать о их к.-р. настроениях и намерениях?

ОТВЕТ: Нет. Я ничего не знаю о их к.-р. намере­ниях.


Протокол допроса мною прочитан, показания записаны верно: 


Е. ПЕТРОВА.


ДОПРОСИЛ:


ПОМ. НАЧ. 5 ОТД-НИЯ СПО: ГОЛУБЕВ


Верно: Уполн. Уемов



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 109, Л. 160-163.

Comments