ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) 

тов. ЕЖОВУ. 


Направляю Вам следующие протоколы допросов:

1. ШАРАПОВОЙ, Антонины Федоровны, от 13/III.35 г.;

2. ДУБОВСКОГО, Константина Евгеньевича, от 13/III.35 г.;

3. МУХАНОВА, Константина Константиновича, от 12/III.35 г.;

4. МУХАНОВА, Константина Константиновича, от 13/III.35 г.;

5. НЕЛИДОВОЙ, Анны Александровны, от 10/III.35 г.


ЗАМ. НАРОДНОГО КОМИССАРА
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СССР: (АГРАНОВ)


14 марта 1935 г.


№ 55612



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 108, Л. 157.


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ШАРАПОВОЙ Антонины Федоровны от 13 марта 1935 г.


ШАРАПОВА А.Ф., 1896 г<ода> р<ождения>, урож<енка> Карской области, русская, дочь офицера, б<ес>п<артийная>, до ареста работала инструктором центральной с<ельско>х<озяйственной> библиотеки Всесоюзной академии с<ельско>х<озяйственных> наук им. Ленина. Муж ШАРАПОВ М.А., член ВКП(б), преподаватель курсов усовершенствования командного состава противовоздушной обороны в г. Ленинграде.

ВОПРОС: В Вашей записной книжке, отобранной у Вас при обыске, записан адрес Нины Александровны РОЗЕНФЕЛЬД. Кто она такая?

ОТВЕТ: Это моя близкая знакомая. Я познакомилась с ней, когда работала в правительственной библиотеке. После ухода из библиотеки поддерживала с ней дружеские отношения по момент ареста.

ВОПРОС: У Вас обнаружена также запись телефона Екатерины Константиновны МУХАНОВОЙ. С ней Вы в каких отношениях?

ОТВЕТ: С Е.К. МУХАНОВОЙ я познакомилась через Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД в 1932 или 1933 году, точно не помню. Встречалась я с нею в дальнейшем у Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД. Один раз МУХАНОВА была у меня с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД, Н.И. БУРАГО, П.Х. КАНАНОВЫМГ.К. ВЕБЕРОМ. Тогда и состоялось наше знакомство. Отношения у меня с МУХАНОВОЙ были хорошие, но особенно близка я с ней не была. Ее телефон записан у меня, т.к. она просила меня помочь ей подыскать сдельную работу. 

ВОПРОС: Как Вы знаете Н.И. БУРАГО, П.Х. КАНАНОВАГ.К. ВЕБЕРА?

ОТВЕТ: С сентября 1925 по март 1926 г. я работала в Кремле в библиотеке ВЦИК. В марте оттуда ушла в институт техники управления; с декабря 1926 г. по сентябрь 1930 г. я снова работала в Кремле в правительственной библиотеке. В правительственной библиотеке я познакомилась и сблизилась с Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД, Н.И. БУРАГО, несколько дальше я была с З.И. ДАВЫДОВОЙ. Георгий Карлович ВЕБЕР был фактическим заведующим библиотекой.

Павел Христофорович КАНАНОВ тоже библиотечный работник. С ним я познакомилась у Н.А. РОЗЕНФЕЛЬД. Он сейчас работает в ассоциации сельскохозяйственной библиографии при Ленинской библиотеке.

ВОПРОС: Что Вам известно о политических убеждениях названных Вами лиц?

ОТВЕТ: О БУРАГО и ДАВЫДОВОЙ не могу сказать ничего определенно. ВЕБЕР, МУХАНОВА и РОЗЕНФЕЛЬД по своим убеждениям – антисоветский элемент. КАНАНОВА я не знаю с этой стороны.

ВОПРОС: Откуда Вам известно об антисоветских убеждениях ВЕБЕР<А>, МУХАНОВОЙ и РОЗЕНФЕЛЬД?

ОТВЕТ: С МУХАНОВОЙ и, главным образом, с РОЗЕНФЕЛЬД я имела за время нашего знакомства ряд бесед, в которых они открыто выражали свои контрреволюционные убеждения.

Об антисоветских убеждениях ВЕБЕРА я знаю как по совместной работе в правительственной библиотеке, так и от некоторых работников с<ельско>х<озяйственной> библиотеки Всесоюзной академии с<ельско>х<озяйственных> наук им. Ленина, которые говорили мне, что в его лекциях на курсах при библиотеке он допускал антисоветские выпады. 

ВОПРОС: Расскажите подробнее о Ваших беседах с РОЗЕНФЕЛЬД и МУХАНОВОЙ

ОТВЕТ: Как я уже показала, эти беседы были, главным образом, между мною и Н.А. РОЗЕНФЕЛЬДМУХАНОВА присутствовала при некоторых из них и принимала в них участие. РОЗЕНФЕЛЬД в беседах, которые были у нас, выражала в резкой форме свое отрицательное отношение к политике советской власти и коммунистической партии.

Она говорила, что в стране существует режим, который гнетет и убивает все живое, что страна идет к гибели.

Во всем они винили СТАЛИНА, которому давали злобные, клеветнические характеристики и против которого постоянно делали контрреволюционные выпады. Она выражала также озлобление против МОЛОТОВА, делая контрреволюционные выпады и против него. 

Для РОЗЕНФЕЛЬД характерна озлобленность, которая направлена у нее в первую очередь против СТАЛИНА.

МУХАНОВА высказывалась в этом же духе, но была со мной гораздо более сдержанна. 

РОЗЕНФЕЛЬД говорила мне, что МУХАНОВА полностью с нею солидарна.

ВОПРОС: Это не все. РОЗЕНФЕЛЬД говорила Вам о своей контрреволюционной деятельности?

ОТВЕТ: Нет, о своей контрреволюционной деятельности она мне не говорила.

ВОПРОС: Это ложь. Вы в курсе контрреволюционной деятельности РОЗЕНФЕЛЬД и других связанных с нею лиц. Еще раз предлагаем сказать правду.

ОТВЕТ: РОЗЕНФЕЛЬД высказывала мне террористические настроения. Она неоднократно в 1933 и 1934 г.г. высказывала мне свое желание лично убить СТАЛИНА.

В ее планы я посвящена не была.

ВОПРОС: Это неверно. О своих планах РОЗЕНФЕЛЬД Вам говорила. Вы о них знали.

ОТВЕТ: Я это отрицаю.

ВОПРОС: Вы обвиняетесь в том, что, будучи тесно связаны с РОЗЕНФЕЛЬД, принимали участие в подготовке террористического акта над тов. СТАЛИНЫМ. Признаете ли Вы себя виновной?

ОТВЕТ: Признаю себя виновной в том, что знала о контрреволюционных взглядах РОЗЕНФЕЛЬД Н.А. и МУХАНОВОЙ Е.К. и принимала участие в ряде бесед контрреволюционного характера. 

Признаю себя виновной также в том, что принимала участие в беседах террористического характера, в которых шла речь об убийстве СТАЛИНА, и в том, что не известила органы власти обо всем этом.


Протокол мною прочитан и записан правильно.


ШАРАПОВА.


ДОПРОСИЛИ: 


НАЧ. СЕКР. ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (Г. МОЛЧАНОВ)

ЗАМ. НАЧ. СЕКР. ПОЛИТ. ОТДЕЛА ГУГБ: (ЛЮШКОВ)

ЗАМ. НАЧ. 2 ОТД. СПО ГУГБ: (СИДОРОВ)


ВЕРНО: УполнУемов



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 108, Л. 158-161.

Comments