ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

БАКАЕВА, Ивана Петровича,

14/XII-1934 года.


БАКАЕВ, Иван Петрович, 1887 г<ода> р<ождения>, происход<ит из> б<ывшей> Саратовской губ<ернии>, Камышинского уезда, Гусельской волости, с<ела> Смородино. Адм<инистратор> сети ГЛАВЭНЕРГО – НКТП. Жена – КОСТИНА, Анна Порфирьевна – 39 лет; дети – Анастасия 21 г., замужем, муж ее Владимир СОЛОМИН, оба учатся в Ленинграде, сын Петр 18 лет, работает монтером в Москве, дочь Татьяна 14 лет, учится, сын Александр 12 лет, учится, мать жены Олимпиада Кузьминична – 64 лет. Семья брата проживает в Ленинграде, жена брата Наталья Сергеевна БАКАЕВА – больна. Дочь Нина – 15 лет. Таня – 10 лет, Маня – 8 лет – учатся. Живут на моем иждивении. У меня недвижимого имущества нет. У родителей бедняцкое хозяйство. Окончил сельскую школу, низшая ремесленная школа (слесарн<ое> отд<еление>), затем самообразование. Чл<ен> ВКП(б) с 1906 года. Перерыв с XV-го партсъезда до июня-июля 1928 года. Сведения об общественной и революционной работе – в революц<ионном> движении с 1905 года, в Камышинской организации по 1906 год. Был участником революцион<ного> восстания в Камышине и после него уехал в Баку. Работал в Балаховском районе. В 1907 году был арестован, в 1909 году выслан из пределов Закавказья. Вернулся нелегально в Баку, вскоре был арестован и вторично выслан на родину. Уехал в Н<ижний> Новгород, оттуда выбыл в Астрахань и оттуда выбыл в 1910 г. в Ленинград. Принимал участие в организации "Общ<ественная> Наука" и разной партийной работе. В 1911 году был арестован на улице с листовкой и осужден на 3 года крепости. После крепости думал легализоваться в Камышине. Опять арестован и судился. Арест Суд<ебной> Палат<ой> оправдан, вернулся в Лениград, поступил на работу в Новый Лес<с>нер, уволен за стачку, поступил в Воздухоплавательный завод на Вас<ильевском> Острове. в 1916 году был снова арестован и присужден к высылке, но не уехал. Принимал участие в февральской и октябрьской революциях в Ленинграде.


ВОПРОС: Вы были в квартире НАУМОВА И.К. 13 ноября 1929 года, где Борис КУШНЕР информировал присутствовавших о деятельности правых?

ОТВЕТ: Даты не помню, но такой случай действительно имел место. Я зашел на квартиру НАУМОВА с ФЕДОРОВЫМ. Там уже были ГЕССЕН Сергей и КУШНЕР. КУШНЕР о чем-то говорил, и при нашем приходе ЛЕПЕШИНСКАЯ предложила ему повторить сказанное. Суть его информации сводилась к тому, что на последнем пленуме ЦК правые подали заявление, которое, по мнению КУШНЕРА, является маневренным ходом.

КУШНЕР допускал возможность, что правые выкинут лозунг о "ЛЕНИНСКОМ ЦК", т.е. о таком составе ЦК, в который должны были войти большевики, бывш<ие> членами ЦК при ЛЕНИНЕ.

Он говорил, что этот лозунг укрепит влияние правых в партии и что на него откликнутся значительные партийные слои. Я на это заметил, что из этой затеи ничего не выйдет, так как партия спросит у правых, чего они хотят, а их желания давно известны по формулировкам лидеров, в частности, БУХАРИНА. Мнений ГЕССЕНА и остальных по этому вопросу – не помню.

ВОПРОС: Расскажите о Ваших посещениях ЗИНОВЬЕВА и разговорах, происходивших у него на квартире?

ОТВЕТ: Обычно разговоры начинались с житейских вопросов о личной жизни и работе; затем переходили к политическим новостям, говорили о происходивших назначениях и перемещениях крупных политических работников.

Помню, что я был на квартире ЗИНОВЬЕВА после опубликования постановления о зернопоставках или, возможно, друг<ого> постановления, имевшего такое же крупное принципиально-политическое значение; примерно в 1933 г. ЗИНОВЬЕВ спросил меня – читал ли я это постановление, и тут же сказал, что оно заслуживает того, чтобы быть рассмотренным на происходившем недавно пленуме ЦК и что этот случай не является исключением, у СТАЛИНА это выходит. Я заметил, что при СТАЛИНЕ это не опасно, а другому бы это могло не пройти. Кроме меня у ЗИНОВЬЕВА были люди, но сейчас не могу вспомнить, кто именно. Кто-то из присутствовавших сказал, что СТАЛИН болен, я подтвердил, что об этом слышал.

Был я также у ЗИНОВЬЕВА в момент вызова его в ЦКК по поводу платформы РЮТИНА. Через несколько минут после моего прихода ЗИНОВЬЕВА позвали к телефону, и я заметил, что после телефонного разговора он резко изменился в лице и заметно чем-то сильно расстроен. Я спросил: "В чем дело?" – и ЗИНОВЬЕВ ответил, что его вызывают в ЦКК по делу платформы правых. На мой вопрос, что это за платформа, ЗИНОВЬЕВ кратко ответил, что это кулацкий к.-р. документ.

В этот момент зашел ЕВДОКИМОВ, которому ЗИНОВЬЕВ повторил сказанное им мне. Кто-то из нас – я или ЕВДОКИМОВ – спросили ЗИНОВЬЕВА – заявлял ли он об этом документе в ЦКК. ЗИНОВЬЕВ сказал, что он звонил несколько раз т.т. КАГАНОВИЧУ и ЯРОСЛАВСКОМУ, но не мог их найти, и сейчас не знает – идти ли ему в ЦКК или не идти в связи с плохим самочувствием. Мы посоветовали ему обязательно идти.

Через несколько дней после этого, узнав о болезни ЗИНОВЬЕВА, я вместе с ЕВДОКИМОВЫМ и ШАРОВЫМ пошли к нему на квартиру справиться о здоровье. Насколько помню, потом зашел ГЕРТИК. О предстоящей высылке ЗИНОВЬЕВА нам сообщил здесь кто-то из членов его семьи. Кто-то из присутствовавших спросил – удобно ли будет идти его провожать. Не помню – то ли ЕВДОКИМОВ, то ли я ответил, что проводы ЗИНОВЬЕВА могут быть истолкованы партией как демонстрация. Провожал ли кто-нибудь ЗИНОВЬЕВА из товарищей, бывших в оппозиции, я не знаю, так как к моменту его высылки я уехал в отпуск.

ВОПРОС: Что Вам известно о намерении б<ывших> зиновьевцев выступить на партсобраниях по поводу исключения ЗИНОВЬЕВА из партии по делу РЮТИНА?

ОТВЕТ: Разговор по этому вопросу был у меня с женой – КОСТИНОЙ, которая считала, что УГЛАНОВ виновен перед партией не меньше ЗИНОВЬЕВА и должен нести наказание не меньше, чем ЗИНОВЬЕВ. В этот вечер ко мне зашел ЕВДОКИМОВ с ШАРОВЫМ и позже, во время разговоров с ними, пришел и ГЕРТИК.

В их присутствии КОСТИНА сказала, что выступит со своим мнением на ячейке. Присутствовавшие не согласились с решением КОСТИНОЙ выступить по этому вопросу на собрании.

ВОПРОС: Как Вы политически оцениваете фигуру ЗИНОВЬЕВА?

ОТВЕТ: Его связи с правыми дают основание полагать, что он может пойти на беспринципный блок с отдельными лицами, группами и организациями, ведущими борьбу против руководства партии.


Протокол мне прочитан. Записано с моих слов правильно – БАКАЕВ.


ДОПРОСИЛ – РУТКОВСКИЙ.


По делу мнения КОСТИНОЙ об ее выступлении – добавляю, что КОСТИНА, не встретив поддержки своего мнения, заявила, что она все-таки выступит, так как фракции нет, и точка зрения большинства присутствующих для нее не обязательна.

В дополнение к ответу на вопрос о политической оценке ЗИНОВЬЕВА – сообщаю, что ввиду таких моих сомнений в ЗИНОВЬЕВЕ я и прекратил свои хождения к нему.


Добавления внесены мною собственноручно – Ив. БАКАЕВ.


верно: –



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 114, Л. 233-236.

Comments