ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ НАЗАД К ПЕРЕЧНЮСЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


Копия 

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

РОЦКАНА Петра Эдуардовича

18/1-1935 года.


Декабрь 1932 г. Я приезжал в Москву по командировке Северо-Кавказского крайкома ВКП(б); виделся с членами организации – КУКЛИНЫМ и БАКАЕВЫМ.

Относительно политики партии КУКЛИН высказывался в тех же антипартийных выражениях, что и предыдущий раз; повторил прежний аргумент о "накладных расходах", привел в качестве примера несостоятельности партруководства имевшиеся у него сведения о Кубани: что пол-Кубани вымерло от голода", что партия и правительство не сумели организовать хлебозаготовки. В заключение КУКЛИН указал, что при наличии другого руководства – надо было понимать, ЗИНОВЬЕВА и КАМЕНЕВА, – такое положение было бы исключено.

БАКАЕВ высказал свое мнение по вопросу о появившихся в газетах статьях ЗИНОВЬЕВА и КАМЕНЕВА, критикующих их прежние оппозиционные теории и взгляды.

БАКАЕВ указал, что эти статьи появились очень кстати в связи с предстоящей чисткой партии. Сопоставляя совет ЗИНОВЬЕВА, данный мне перед прохождением чистки 1929 г., с этим указанием БАКАЕВА, очевидно, какое именно назначение имело это указание БАКАЕВА: статьи облегчают положение зиновьевцев при проверке и позволяют дальше двурушничать в партии.

В тот же период я был в Ленинграде; встречался с зиновьевцем РУМЯНЦЕВЫМ. Настроения РУМЯНЦЕВА были определенно антипартийными.

В мае или июне 1933 г. я видел в Ростове Николая ГОРДОНА. Он в крайне резких выражениях отзывался о краевом партийном  руководстве и об общепартийном руководстве; говоря о политике партии, ГОРДОН отрицал достижения в социалистическом строительстве, указывал, что "неизвестно чего больше в этих достижениях: самих достижений или связанных с ними потерь".

В виде примера ГОРДОН указал на то, что имеет сведения о голоде на Кубани и т.д. ГОРДОН повторил обычное наше утверждение о несостоятельности руководства, о том, что при другом составе руководства такие факты не могли бы иметь место. Сообщил мне о состоявшемся якобы "голодном походе" иваново-вознесенских ткачей на Москву. О ряде членом Политбюро ГОРДОН выразился с невероятной резкостью; весь рассказ ГОРДОНА дышал страшной злобой против руководства партии. 

По моему мнению, формированию этих настроений и взглядов у ГОРДОНА в немалой мере содействовали два лица: КУКЛИН и БЕЛОБОРОДОВ, бывший троцкист, работавший в 1932-33 г.г. в Ростове.

В сентябре 1934 г., находясь в отпуску, я встретил в Кисловодске РУМЯНЦЕВА, его политические настроения ни в чем не изменились.

Он мне сказал, что собирается зайти к ЗИНОВЬЕВУ, который в это время также отдыхал в Кисловодске. Я ответил, что также предполагаю зайти к ЗИНОВЬЕВУ.

ЗИНОВЬЕВА я посетил. на мой вопрос, верно ли, что его исключили из состава редакции "Большевик", ЗИНОВЬЕВ это подтвердил, указав, что это сделано без оснований.

По вопросу об испанских событиях ЗИНОВЬЕВ сказал, что, по его мнению, революция будет подавлена. 

К тому, что мною изложено, сообщаю следующий факт: в недавнем прошлом я был на квартире у начальника спецсектора Главэнерго ГРИДАСОВА, члена ВКП(б). Застал у него одно лицо, фамилия которого не то МИХАЙЛОВ, не то АВАКУМОВ.

Это лицо, по заявлению ГРИДАСОВА, в прошлом – активный участник группы "рабочей оппозиции". На документе "22-х" рабочей оппозиции имеется его подпись.

Я убедился, что как ГРИДАСОВ, так и указанное лицо резко антипартийно настроены, причем у меня создалось впечатление, что ГРИДАСОВ явно находится под влиянием этого лица.

Об этих своих впечатлениях я сообщил БАКАЕВУ.


Протокол записан с моих слов верно и мною прочитан.


РОЦКАН.


ДОПРОСИЛ:


П/НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР – ДМИТРИЕВ.


Верно: А. Светлова



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 136, Л. 28-30.

Comments