ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

тов. ЕЖОВУ

 

Направляю Вам протокол допроса от 1-го августа 1936 года участницы контрреволюционной троцкистско-зиновьевской организации ДИТЯТЕВОЙ Людмилы Федоровны

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР 

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: (ЯГОДА)

 

2 августа 1936 года

№ 57191


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ДИТЯТЕВОЙ, Людмилы Федоровны

от 1/VIII-1936 года.

 

Вопрос: Поддерживали ли вы в последнее время связи с троцкистами?

Ответ: После моего отхода от троцкизма в 1929 году я никакой связи с троцкистами не поддерживала.

Вопрос: Когда вы видели в последний раз троцкиста – АНДРЕЙЧИНА?

Ответ: АНДРЕЙЧИНА я видела в последний раз в Новом Афоне в 1934 году.

Вопрос: Что у вас общего с АНДРЕЙЧИНЫМ?

Ответ: Ничего общего.

Вопрос: Беседовали ли вы с АНДРЕЙЧИНЫМ на политические темы?

Ответ: Помню, что я с ним говорила об аресте группы И.Н. СМИРНОВА.

Вопрос: Почему у вас вдруг возник этот разговор? Ведь СМИРНОВ был арестован почти за два года до вашей встречи с АНДРЕЙЧИНЫМ, тем более что, как вы показываете, у вас с АНДРЕЙЧИНЫМ не было ничего общего.

Ответ: Дело было таким образом: АНДРЕЙЧИН рассказывал мне о своем троцкистском прошлом, о том, что он был в ссылке. Разговор о СМИРНОВЕ у нас зашел потому, что я высказала свое возмущение продолжающейся контрреволюционной деятельностью троцкистов.

Вопрос: А АНДРЕЙЧИН тоже высказывал возмущение по этому вопросу?

Ответ: АНДРЕЙЧИН, насколько помню, мне поддакивал.

Вопрос: Вы показали, что АНДРЕЙЧИН вам рассказывал о своем троцкистском прошлом, вы ему также рассказывали о вашем троцкистском прошлом?

Ответ: Нет, о своем троцкистском прошлом я ему не говорила.

Вопрос: А о том, что вы в 28-м году провозили нелегально троцкистские документы из-за границы в Советский Союз, вы ему говорили?

Ответ: Нет.

Вопрос: АНДРЕЙЧИН говорит, что вы ему об этом рассказывали.

Ответ: Возможно, что я ему рассказывала о провозе мною документов.

Вопрос: Скажите точнее – рассказывали ли вы ему об этом или не рассказывали?

Ответ: Не помню, допускаю, что рассказывала.

Вопрос: А для чего вам понадобилось АНДРЕЙЧИНУ рассказывать о вашем контрреволюционном прошлом?

Ответ: Никакой цели у меня не было.

Вопрос: Тем более непонятно, для чего вы с ним об этом говорили?

Ответ: На ваш вопрос ответить не могу.

Вопрос: С кем еще из троцкистов вы встречались в последние годы?

Ответ: Я встречалась летом 1934 года и в 1935 году с троцкисткой СИМАШКО [1] Александрой Петровной, работавшей заведующей ОГИЗом в гор. Иркутске. В 1934 году СИМАШКО останавливалась у меня на квартире. В 1935 году – во время ее приезда после ее исключения как троцкистки из партии – она мне позвонила с вокзала и сказала, что ко мне не зайдет, так как считает это неудобным.

Вопрос: Ранее вы показали, что вы с троцкистами связи не поддерживали вообще. Сейчас оказывается, что вы поддерживали связь с троцкистом АНДРЕЙЧИНЫМ, СИМАШКО. Более того, СИМАШКО, которая вообще у вас останавливалась, перестает поддерживать с вами легальную связь после ее исключения из партии. Разве вы с СИМАШКО не встречались в 1935 году?

Ответ: Нет, СИМАШКО ко мне в 1935 году зашла перед своим отъездом из Москвы.

Вопрос: А еще с кем из троцкистов вы встречались?

Ответ: Больше ни с кем.

Вопрос: Ефима ДРЕЙЦЕРА вы знаете?

Ответ: Да, знаю. Больше того, знаю, что он в данное время арестован НКВД.

Вопрос: Откуда вам известно, что Ефим ДРЕЙЦЕР арестован органами НКВД?

Ответ: Я не помню, кто мне об этом сказал.

Вопрос: Но ведь он арестован совсем недавно. Вспомнить не так трудно.

Ответ: Об аресте ДРЕЙЦЕРА в составе целой группы троцкистов мне сказал – ПЯТАКОВ.

Вопрос: Почему вы сразу не ответили на этот вопрос?

Ответ: Потому что я вспоминала, кто мне об этом сказал.

Вопрос: Неужели вам надо было вспоминать известный вам факт ареста целой группы троцкистов? Странно. А когда вы виделись в последний раз с ДРЕЙЦЕРОМ?

Ответ: Это было в 1933 году, он заходил к нам на квартиру. 

Вопрос: А что у вас общего с ДРЕЙЦЕРОМ?

Ответ: Ничего общего.

Вопрос: Почему же он ходил к вам на квартиру?

Ответ: Он просто позвонил и зашел к нам.

Вопрос: Если у вас не было с ним ничего общего, ему нечего было к вам звонить и заходить. Раз он вам позвонил – значит, было что-то общее?

Ответ: Его посещение нашей квартиры носило сугубо частный характер.

Вопрос: О чем вы с ним говорили во время этой встречи?

Ответ: Я говорила с ним об аресте троцкиста ОХОТНИКОВА.

Вопрос: В какой форме велся этот разговор?

Ответ: Я выражала возмущение, что ОХОТНИКОВ продолжал контрреволюционную троцкистскую работу.

Вопрос: Так ли это?

Ответ: Да, я точно помню, что это так.

Вопрос: У вас с ДРЕЙЦЕРОМ были личные хорошие отношения?

Ответ: Хорошие.

Вопрос: ДРЕЙЦЕР показывает, что вы действительно разговаривали с ним об аресте ОХОТНИКОВА, и в этом разговоре вы действительно возмущались, но не поведением ОХОТНИКОВА, а отношением к ОХОТНИКОВУ руководства ВКП(б).

Ответ: Это ложь.

Вопрос: Зачем ДРЕЙЦЕРУ вас оговаривать? Вы сами показали, что между вами были хорошие личные отношения?

Ответ: Я не понимаю, в чем дело.

Вопрос: Вы Бориса КУЗЬМИЧЕВА знаете?

Ответ: Да, знаю.

Вопрос: Когда вы его видели?

Ответ: В 1935 году, когда он приезжал из Дальнего Востока в Запорожье, и в 1936 году – весной.

Вопрос: А что у вас общего с КУЗЬМИЧЕВЫМ?

Ответ: Мы давно друг друга знаем.

Вопрос: О чем вы говорили с КУЗЬМИЧЕВЫМ во время ваших встреч?

Ответ: Не могу вспомнить.

Вопрос: О ДРЕЙЦЕРЕ вы говорили с КУЗЬМИЧЕВЫМ?

Ответ: Да, о ДРЕЙЦЕРЕ говорили. Если я не ошибаюсь, КУЗЬМИЧЕВ в 1936 году во время своего приезда говорил мне, что ДРЕЙЦЕР арестован.

Вопрос: Вы точно помните, что КУЗЬМИЧЕВ вам говорил об аресте ДРЕЙЦЕРА?

Ответ: Нет, утверждать этого не могу.

Вопрос: С ДРЕЙЦЕРОМ и КУЗЬМИЧЕВЫМ вы во время ваших встреч вели троцкистские разговоры?

Ответ: Нет, не вела ни с тем, ни с другим.

Вопрос: Нам известно, что вы с обоими вели троцкистские разговоры.

Ответ: Я это отрицаю.

Вопрос: Вы с КУЗЬМИЧЕВЫМ о своих знакомых в Туле говорили?

Ответ: Не помню.

Вопрос: Потрудитесь вспомнить.

Ответ: Я еще раз заявляю, что я не помню, говорила ли я об этом с КУЗЬМИЧЕВЫМ.

Вопрос: А у вас в Туле – знакомые есть?

Ответ: Нет.

Вопрос: Совсем ни одного знакомого?

Ответ: Нет, есть один знакомый – РЫХЛЕЦКИЙ – инженер, работает на Тульской ТЭЦ, ранее он работал в Москве на ГРЭС им. Классона.

Вопрос: И больше у вас в Туле знакомых нет?

Ответ: Больше знакомых нет.

Вопрос: Вы это утверждаете?

Ответ: Да, я утверждаю, что кроме РЫХЛЕЦКОГО я в Туле никого не знаю.

Вопрос: Вы УВАРОВА знаете?

Ответ: Да, знаю. Я с ним вместе училась в МВТУ.

Вопрос: До какого года вы с ним учились?

Ответ: До 1930 года. Знаю также, что УВАРОВ во время учебы в МВТУ принадлежал к троцкистской организации.

Вопрос: А после 1930 года вы с УВАРОВЫМ встречались?

Ответ: Нет.

Вопрос; Это неверно. Вы с ним встречались.

Ответ: Я это отрицаю.

Вопрос: Нам точно известно, что в 1932 г. УВАРОВ звонил вам до­мой и посетил вас на квартире.

Ответ: Да, это действительно имело место. УВАРОВ действительно в 1932 г. звонил мне домой и посетил меня на квартире по ул. Грановского, д. 3, кв. 80.

Вопрос; А что у вас общего с УВАРОВЫМ?

Ответ: У меня с УВАРОВЫМ ничего общего нет. Встреча эта была случайная.

Вопрос: Раз человек вам предварительно звонил, значит встреча была не случайной. Для чего вы встречались с УВАРОВЫМ?

Ответ: Не могу дать никакого объяснения. Встреча с ним действительно была не случайной.

Вопрос: Вы явно запутались. Ранее вы утверждали, что с УВАРОВЫМ после 1930 года вообще не встречались, потом признали, что в 1932 году имели с ним встречу и характеризовали ее как случайную, потом признали, что эта встреча была не случайно<й>, но не даете объяснений характера этой встречи. Что, эта встреча носила конспиративный характер?

Ответ: Нет.

Вопрос: Тогда объясните, для чего вы встречались с УВАРОВЫМ?

Ответ: Я не могу дать объяснения характера встречи, но утверждаю, что конспиративного троцкистского характера эта встреча не носила.

Вопрос: А где работает УВАРОВ?

Ответ: Не знаю.

Вопрос: Разве вы не знали, что он работает в Туле?

Ответ: Нет, не знала.

Вопрос: Это неверно. Вы писали в 1933 году УВАРОВУ письмо в Тулу. Признаете ли это?

Ответ: Да, я признаю, что я писала УВАРОВУ в Тулу письмо.

Вопрос: О чем?

Ответ: Не помню.

Вопрос: Но раз вы написали письмо УВАРОВУ в Тулу, вы знаете, что он в Туле?

Ответ: Ясно, раз писала, то знала, что он в Туле.

Вопрос: Почему же вы на наш вопрос отрицали это?

Ответ: Я просто об этом забыла.

Вопрос: Опять запутались. В начале допроса вы показали, что с троцкистами вы связь после 1929 года не поддерживали. В ходе допроса выяснилось, что вы поддерживали связь с рядом активных троцкистов. Свою связь с троцкистом УВАРОВЫМ вы просто пытались от нас скрыть и вынуждены были ее признать только после предъявления вам прямых улик. Сейчас вы скрываете характер этой связи, содержание переписки с УВАРОВЫМ и не даете удовлетворительных объяснений на вопросы следствия. Делаете вы это потому, что ваша связь с УВАРОВЫМ носила конспиративный характер. Предлагаем дать откровенные показания?

Ответ: Я отрицаю конспиративный характер моей связи с УВАРОВЫМ.

Вопрос: Ваше отрицание голословно. Еще раз спрашиваем, о чем вы писали УВАРОВУ в 1933 году?

Ответ: Повторяю, что совершенно не помню.

Вопрос: Напоминаем вам. Вы приглашали УВАРОВА приехать в Москву.

Ответ: Я не помню, приглашала ли я в этом письме УВАРОВА прие­хать в Москву, но твердо помню, что после отправки мною ему этого письма УВАРОВ приезжал в Москву и заходил ко мне в Главэнерго.

Вопрос: УВАРОВ утверждает, что он приехал в Москву и заходил к вам в Главэнерго в связи с вашим приглашением в посланном письме. Вы не отрицаете факта отправки письма УВАРОВУ, не отрицаете факта встречи с ним в Главэнерго, почему же отрицаете, что он прие­хал в Москву по вашему приглашению и не даете объяснений, о чем вы ему писали?

Ответ: Не помню, приглашала ли я УВАРОВА в письме приехать в Москву.

Вопрос: А о чем вы вообще могли писать УВАРОВУ?

Ответ: Не могу себе даже представить.

Вопрос: Опять даете неправдивые ответы на вопросы и скрываете от следствия истинный характер вашей связи с УВАРОВЫМ.

Ответ: Я повторяю, что не помню, о чем я писала УВАРОВУ.

Вопрос: О чем вы говорили с УВАРОВЫМ в Главэнерго и зачем он к вам туда пришел?

Ответ: Не помню.

Вопрос: А после этого вы встречались с УВАРОВЫМ?

Ответ: Не помню.

Вопрос: УВАРОВ показывает, что он был у вас еще раз дома в 1935 году.

Ответ: По-моему, он больше у меня не был.

Вопрос: А в 1934 году он у вас дома был?

Ответ: Не помню.

Вопрос: УВАРОВ на следствии признал, что является участником террористической троцкистской организации и был в своей контрреволюционной работе связан с вами. Вы не дали нам ответа на вопрос о характере вашей связи с УВАРОВЫМ. Совершенно очевидно, что вы это делаете преднамеренно для сокрытия вашей контрреволюционной деятельности.

Ответ: Организационной связи с УВАРОВЫМ как троцкистом я не имела.

Вопрос: УВАРОВ показывает, что летом 1932 года после предварительного звонка по телефону он посетил вас на дому, беседовал с вами о деятельности троцкистской организации и получил от вас указания вести троцкистскую работу в Туле.

Вы упорно скрывали от нас, что вам было известно о проживании УВАРОВА в Туле.

Совершенно очевидно, что вы это также делали преднамеренно для сокрытия своей контрреволюционной деятельности.

Ответ: Никаких заданий контрреволюционного характера я УВАРО­ВУ не давала.

Вопрос: УВАРОВ показывает, что в одну из встреч с ним вы ему сообщили о существовании в Москве троцкистского центра, связанного с ТРОЦКИМ и ведущего по поручению ТРОЦКОГО террористическую рабо­ту в Союзе.

Ответ: Я это категорически отрицаю

Вопрос: Но ваше участие в троцкистской организации установле­но не только показаниями УВАРОВА, а и показаниями арестованного Ефима ДРЕЙЦЕРА, который был непосредственно связан с троцкистским центром, о котором показывает УВАРОВ.

Ответ: ДРЕЙЦЕР также показывает неправду. Я участником троцки­стской организации не являлась.

Вопрос: Нам точно известно, что вы как участник троцкистской организации обсуждали совместно с ДРЕЙЦЕРОМ вопрос об оказании помощи семье осужденного контрреволюционера ОХОТНИКОВА. Станете ли вы и это отрицать?

Ответ: Я признаю, что в 1933 году ДРЕЙЦЕР в разговоре со мной поставил вопрос о необходимости оказания помощи семье осужденного троцкиста ОХОТНИКОВА, заявил мне при этом, что он эту помощь оказывает. Я ему посоветовала порвать связь с семьей ОХОТНИКОВА. 

Вопрос: А вы кому-нибудь заявили об этом сообщении ДРЕЙЦЕРА?

Ответ: Нет.

Вопрос: Почему?

Ответ: Я недооценила значения этого вопроса.

Вопрос: Нет, не поэтому. Вы достаточно опытный человек, принимали участие в подпольной деятельности троцкистов, знали, что ДРЕЙЦЕР активный троцкист и не могли недооценить такого факта. Не заявили вы о ДРЕЙЦЕРЕ в действительности потому, что вместе с ним входили в одну троцкистскую организацию, о чем показывает ДРЕЙЦЕР.

Ответ: Свое участие в организации отрицаю.

Вопрос: Вы даете неправдивые показания. Если бы вы предложили ДРЕЙЦЕРУ порвать с семьей ОХОТНИКОВА, вы бы сами не встречались с женой ОХОТНИКОВА, как это имело место в действительности. Этот факт вы не можете отрицать.

Ответ: Жена ОХОТНИКОВА действительно явилась ко мне с письмами ОХОТНИКОВА из ссылки. При этом она утверждала, что ОХОТНИКОВ имеет намерение порвать с троцкистами.

Вопрос: Почему жена ОХОТНИКОВА обратилась к вам с письмами ее мужа? Что, вы давали консультации по делам осужденных троцкистов?

Ответ: Не могу дать ответа на этот вопрос.

Вопрос: Как только вам задается вопрос о характере и действительном содержании ваших связей и разговоров с троцкистами, вы уклоняетесь от ответа. На протяжении всего допроса вы не даете объяснений совершенно бесспорным фактам. Более того, вы упорно скрываете от нас известных вам троцкистов, ведущих активную контрреволюционную деятельность.

Предлагаем дать откровенные показания.

Ответ: Добавить к своим показаниям ничего не могу.

 

Записано верно, мною прочитано.

 

ДИТЯТЕВА.

 

Допросили:

 

ЗАМ НАЧ. СПО ГУГБ

КОМИССАР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСН. 3 РАНГА – ЛЮШКОВ

 

НАЧ. 3 ОТД. СПО ГУГБ

КАПИТАН ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСН. – КАГАН

 

Верно: 

 

ОПЕРУПОЛН. СПО ГУГБ

СТ. ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (СВЕТЛОВ)  

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 171, Л. 26-29.


[1] В тексте здесь и далее ошибочно – "Семашко".

Comments