ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. СТАЛИНУ.

 

В дополнение наших сообщений по делу контрреволюционной троцкистской организации в СССР направляем протоколы допросов: 

1. ДРЕЙЦЕРА Е.А. [1] от 11 июня 1936 г.

2. ЭСТЕРМАНА И.С. от 12 июня 1936 г.

Допрошенный ДРЕЙЦЕР Е.А. показал, что в начале 1930 года он по заданию И.Н. СМИРНОВА создал развет­вленную троцкистскую организацию, основное ядро которой составляли бывшие участники личной охраны Троцкого и работники красной армии.

По директиве ДРЕЙЦЕРА участники организации – ЭСТЕРМАН, ОХОТНИКОВ и ГАЕВСКИЙ [2] создали ряд троцкистских групп на "Мосэнерго", московском трамвае, швейных фаб­риках и на фабрике "Парижская коммуна".

Практические указания по развертыванию нелегальной троцкистской работы ДРЕЙЦЕР получал от троцкистского центра в лице И.Н. СМИРНОВА. После ареста И.Н. СМИРНОВА в начале 1933 года ДРЕЙЦЕР до конца 1934 года поддерживал организационную связь с членом троцкистского центра МРАЧКОВСКИМ.

ЭСТЕРМАН И.С. на допросе показал, что после воз­вращения из ссылки в 1934 году связался с руководителем троцкистской организации ДРЕЙЦЕРОМ и по его заданию создал троцкистскую группу из числа работников ряда кожевенных предприятий гор. Москвы.

ЭСТЕРМАН также показал, что ДРЕЙЦЕР во время его пребывания в Берлине в 1931 году связался с Л. СЕДОВЫМ.

Как видно из показаний ДРЕЙЦЕРА и ЭСТЕРМАНА, ликвидированные нами ранее троцкистские группы на ряде предприятий гор. Москвы возглавлялись ДРЕЙЦЕРОМ и ЭСТЕРМАНОМ, которые действовали по директивам И.Н. СМИРНОВА

Имеются также данные, что ДРЕЙЦЕРОМ велась актив­ная троцкистская работа среди работников Красной армии, в прошлом видных троцкистов.


НАРОДНЫЙ КОМИССАР

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: (Г. ЯГОДА)


20 июня 1936 г.

№ 56658 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ДРЕЙЦЕРА, Ефима Александровича,

от 11 июня 1936 года.

 

ДРЕЙЦЕР Е.А. 1894 г<ода> р<ождения>, ур<оженец> г. Городок, б<ывшей> Виленской губ<ернии> (Польша), еврей, гр<аждани>н СССР, до ареста работал зам<естителем> директора з<аво>да "Магнезит" – г. Сатка [3], Челябинской обл<асти>, из семьи кустаря, незаконченное высшее образование, чл<ен> ВКП(б) с 1919 г. с перерывом с 1928 по 1930 г. – партбилет задержан при вторичной проверке Криворожским Горкомом ВКП(б).

 

Вопрос: Вы являетесь до последнего времени активным участником к.-р. троцкистской организации. Дайте показа­ния о Вашей нелегальной деятельности?

Ответ: Участником нелегальной троцкистской к.-р. организации я не являюсь и никакой нелегальной работы не вел.

Вопрос: Вы говорите неправду. Следствию известно, что Вы до последнего времени продолжали вести к.-р. деятельность.

Ответ: Идейно я порвал с троцкистами в апреле-мае 1929 г., а организационно – с июня м<еся>ца 1929 г. С тех пор никакой к.-р. работы не веду.

Вопрос: Какое положение Вы занимали в прошлом в к.-р. троцкистской организации?

Ответ: Я был в 1927-29 г.г. связан с троцкистским центром и работал по поручениям троцкистского центра.

Вопрос: С Троцким Вы были лично связаны по деятель­ности троцкистской организации?

Ответ: Да, я был лично связан с Троцким по деятельности троцкистской организации.

Вопрос: Вы состояли в личной охране Троцкого?

Ответ: Да, я состоял в личной охране Троцкого по 7-ое ноября 1927 г. включительно.

Вопрос: Ваша роль в личной охране Троцкого?

Ответ: Я являлся начальником охраны Троцкого.

Вопрос: Кто кроме Вас входил в охрану Троцкого?

Ответ: Кроме меня в охрану Троцкого входили: РЕШЕТНИЧЕНКО Владимир, ГЕЛЛЕР Аркадий [4] – слушатель Военной Академии, ГАЕВСКИЙ Дмитрий, КАРПЕЛЬ – слушатель Военной Академии, ЛАНДИН – слушатель Военно-Воздушной Академии, ЕНУКИДЗЕ Семен – слушатель какой-то военной академии, студент МВТУ по имени "Кешка", фамилии не помню, и дру­гие.

Вопрос: Когда и по чьему заданию была создана лич­ная охрана Троцкого?

Ответ: Личная охрана Троцкого была создана осенью 1927 г. по заданию троцкистского центра.

Вопрос: Дайте подробные показания по этому вопросу?

Ответ: После одного из заседаний нелегального троц­кистского центра на квартире СМИЛГИ я был туда вызван, и РАДЕК мне сообщил, что состоялось постановление цент­ра об организации отряда для физической охраны Троцкого и что я назначаюсь начальником этой охраны и мне необходимо немедленно приступить к подбору проверенных лю­дей для этого дела. Это постановление я получил и при­ступил к немедленному осуществлению.

Вопрос: В чем выражалась деятельность этой охраны?

Ответ: Деятельность этой охраны выражалась в том, что я должен был назначать людей для несения личной фи­зической охраны Л.Д. Троцкого. Эти люди его сопровождали, когда он ходил или ездил по делам организации, и один пост этой охраны всегда был у него на квартире.

Вопрос: Вам лично приходилось его сопровождать? Ес­ли да, то когда и где Вы его сопровождали?

Ответ: В первый раз я его сопровождал в МВТУ, второй раз я его сопровождал 7 ноября 1927 г., когда он в автомобиле разъезжал по Москве среди демонстрантов, и третий раз его лично сопровождал на швейную фабрику "Красная Роза".

Вопрос: Как долго существовал этот отряд личной охраны?

Ответ: Этот отряд личной охраны Л.Д. Троцкого су­ществовал до момента его отправки в Алма-Ату.

Вопрос: Какие поручения Троцкого по нелегальной ра­боте Вы выполняли?

Ответ: По поручению Троцкого я в январе 1928 г. ез­дил в Ленинград.

Вопрос: Какие именно поручения дал Вам Троцкий?

Ответ: Троцкий мне поручил поехать в Ленинград связаться там с БРОНШТЕЙН Анной Львовной [5], бывшей его женой, и поручить ей организовать отправку подпольной троцкистской литературы за границу. Но БРОНШТЕЙН мне за­явила, что она сделать это не может, и я это по возвра­щении из Ленинграда передал Троцкому.

Вопрос: Перед высылкой Троцкого в Алма-Ату Вы с ним встречались?

Ответ: Да, встречался.

Вопрос: Давал ли он Вам какие-нибудь поручения?

Ответ: Давал.

Вопрос: Какие поручения он Вам давал?

Ответ: Перед самой высылкой в Алма-Ату Троцкий лично мне поручил организовать нелегальную связь между ним, в то время пребывания его в Алма-Ате, и троцкистским центром в Москве.

Вопрос: Давал ли он Вам указания, каким путем уста­новить эту связь?

Ответ: Да, давал. Перед своим отъездом в Алма-Ату Троцкий связал меня с ЭЛЬЦИНЫМ (старик) – работником Госплана. Этому ЭЛЬЦИНУ, по указанию Троцкого, я должен был передавать все, что получал от Троцкого.

Вопрос: А что Вы сделали для установления связи с Троцким?

Ответ: После отъезда Троцкого в Алма-Ату ко мне из троцкистского центра прислали связиста, некоего БЕЗ­ГИНА, который по моему указанию ездил к Троцкому с пакетами, которые я получал от ЭЛЬЦИНА. Этот же связист привозил пакеты от Троцкого, которые я передавал ЭЛЬЦИНУ для троцкистского центра.

Вопрос: На какие средства Вы осуществляли связь с Троцким?

Ответ: Средства для осуществления связи с Троцким я получал от нелегального троцкистского центра.

Вопрос: Через кого Вы получали эти средства?

Ответ: Денежные средства я получал через ЭЛЬЦИНА.

Вопрос: А какое Вы имели отношение к организации троцкистской подпольной техники?

Ответ: В конце 1928 года московский троцкистский центр мне через А. САФОНОВУ поручил организовать под­польную троцкистскую типографию.

Вопрос: Что Вы сделали по этому делу?

Ответ: Я организацию типографии поручил ШНЕЙДЕРУ Виктору и связал его для этого с БРОЙДТОМ Сергеем. Шрифт для типографии я, по записке А. САФОНОВОЙ, получил через мать СМИРНОВА – Е.С. СМИРНОВУ у одного неизвестного мне рабочего.

Вопрос: Кроме вышеуказанных членов троцкистской организации с кем Вы еще были организационно связаны?

Ответ: В 1927 г. я был связан организационно по своей троцкистской деятельности с МРАЧКОВСКИМ.

Вопрос: А после 1927 г. Вы разве не поддерживали связь и не встречались с МРАЧКОВСКИМ?

Ответ: Я встречался и поддерживал связь с МРАЧКОВСКИМ и после 1927 года. В конце 1929 г. или начале 1930 г. я вместе с МРАЧКОВСКИМ был у ОХОТНИКОВА Якова Осиповича.

Вопрос: А со СМИЛГОЙ Вы были связаны по к.-р. троцкистской деятельности?

Ответ: Прямой связи со СМИЛГОЙ по к.-р. троцки­стской деятельности я не имел, но СМИЛГУ я знаю и с ним знаком. В период 1927 г. я его часто встречал на квартире, где жил Л.Д. Троцкий.

Вопрос: Когда и где Вы встречались со СМИЛГОЙ после 1927 г.?

Ответ: Со СМИЛГОЙ я встречался в период 1929-1933 гг. два или три раза. Последний раз был у СМИЛГИ вместе с ГАЕВСКИМ и ВЕРЖБЛОВСКИМ [6] в конце 1932 или начале 1933 года.

Вопрос: А со СМИРНОВЫМ И.Н. Вы поддерживали связь после 1929 года?

Ответ: Да, поддерживал.

Вопрос: Когда и где Вы после 1929 года встречались с Иваном Никитичем СМИРНОВЫМ?

Ответ: В 1931 г. я у СМИРНОВА И.Н. был на квар­тире.

ВОПРОС: Зачем Вы ходили к СМИРНОВУ на квартиру?

Ответ: Я пошел к СМИРНОВУ в связи с тем, что ОХОТНИКОВ мне передал, что СМИРНОВ Иван Никитич хочет меня видеть.

Вопрос: Для какой цели Вас хотел видеть СМИРНОВ и о чем Вы с ним говорили?

Ответ: ОХОТНИКОВ мне передал, что СМИРНОВ меня хочет видеть по вопросу приглашения меня к себе на работу. Когда я пришел к СМИРНОВУ, он у меня спросил, доволен ли я работой, и предложил мне поехать на строительство паровозоремотного з<аво>да. Я ему ответил, что своей работой я доволен и на строит<ельст>во не поеду.

Вопрос: Вы утверждаете, что эта встреча со СМИРНОВЫМ состоялась в 1931 году?

Ответ: Категорически не утверждаю, возможно, что эта встреча со СМИРНОВЫМ у меня была осенью 1932 года.

Вопрос: Вы в 1932 г. осенью у СМИРНОВА были не один, а с другими троцкистами. Почему это скрываете?

Ответ: Да, я сейчас припомнил, я у СМИРНОВА И.Н в 1932 г. был вместе с ГАЕВСКИМ Дмитрием.

Вопрос: Каким образом Вы вместе с ГАЕВСКИМ попали к СМИРНОВУ?

Ответ: Насколько я припоминаю, мы с ГАЕВСКИМ пришли к СМИРНОВУ порознь и там случайно встретились.

Вопрос: Вы говорите неправду. Вы с ГАЕВСКИМ при­ходили к СМИРНОВУ И.Н. не по вопросу устройства на ра­боту, а по делам нелегальной троцкистской организации. Требуем правдивых показаний.

Ответ: Мои показания в начале допроса о том, что я в 1928 г. прекратил заниматься нелегальной троцки­стской деятельностью, а в 1929 г. идейно и организационно порвал с троцкизмом, – не соответствуют действительности, ибо я до дня моего ареста занимался нелегальной троцкистской деятельностью против ВКП(б), являлся активным троцкистом и был в партии двурушником.

Вопрос: Дайте показания о Вашей нелегальной троц­кистской деятельности до последнего времени?

Ответ: Несмотря на то, что я в 1929 году подал заявление о разрыве с троцкизмом, на самом деле я идей­но и организационно был связан с нелегальной к.-р. троцкистской организацией, которая существовала на всем периоде этого времени вплоть до момента моего ареста.

Вопрос: Кто являлся руководителем нелегальной к.-р. троцкистской организации?

Ответ: Руководителем нелегальной троцкистской организации с конца 1929 г. являлся я – ДРЕЙЦЕР, Ефим Александрович.

Вопрос: По чьему заданию Вы создали нелегальную к.-р. троцкистскую организацию?

Ответ: Нелегальная к.-р. троцкистская организация мною была создана в начале 1930 г. по прямому заданию И.Н. СМИРНОВА.

Вопрос: Кто входил в состав нелегальной к.-р. троц­кистской организации, руководителем которой Вы являлись до момента Вашего ареста?

Ответ: Участниками этой к.-р. троцкистской органи­зации являлись: ОХОТНИКОВ Яков, ГАЕВСКИЙ Дмитрий, ЛЕОНОВ Иван, СОЛНЦЕВА Мария, БЛИСКОВИЦКИЙ Ной, ЭСТЕРМАН Исаак, БУЛАТОВ Борис, ЮДИН Рафаил, БРОЙДТ Сергей и ряд других лиц, фамилий которых сейчас не припомню.

Вопрос: Какие задания Вы получили от Ивана Никити­ча СМИРНОВА по нелегальной троцкистской работе?

Ответ: В 1929 году, когда Иван Никитич мне дал задание создать нелегальную к.-р. троцкистскую органи­зацию, он мне поручил в первую очередь связаться с известными ему и мне активными троцкистами, через ко­торых развернуть широко разветвленную организацию из бывших троцкистов.

Вопрос: Какие еще указания Вы получили от И.Н. СМИРНОВА по нелегальной работе организации?

Ответ: СМИРНОВ И.Н. мне сказал, что я должен предложить участникам организации добиваться восста­новления в рядах ВКП(б) с тем, чтобы использовать свое пребывание в партии для разложения ВКП(б) изнутри.

Вопрос: Что Вами конкретно было сделано в осущест­вление указаний И.Н. СМИРНОВА?

Ответ: Лично мной и через моих ближайших людей нами были созданы ряд нелегальных троцкистских групп на разных предприятиях в г. Москве.

Вопрос: На каких именно предприятиях Вами были созданы эти группы?

Ответ: Мною лично, помимо вышеуказанной группы, была создана такая группа на заводе "Сжатый газ" в Москве, руководителем которой являлся я лично, а через ОХОТНИКОВА, ГАЕВСКОГО, ЭСТЕРМАНА я знал, что такие же организации и группы были созданы на МОГЭСе, у трамвайщиков, швейников, обвуников и других предприятиях г. Москвы.

Вопрос: Через кого Вы осуществляли связь с низо­выми нелегальными троцкистскими группами в г. Москве?

Ответ: Как я уже указывал выше, я связь с этими группами осуществлял через их руководителей, а именно через ОХОТНИКОВА, ЭСТЕРМАНА и ГАЕВСКОГО.

Вопрос: Кого Вы информировали о состоянии нелегаль­ной троцкистской работы в г. Москве?

Ответ: Я до момента ареста СМИРНОВА И.Н., т.е. до конца 1932 г., информировал его о состоянии нелегальной троцкистской работы, которую мы вели в г. Москве.

Вопрос: Это относится к периоду до конца 1932 г. А с кем Вы из участников руководящего троцкистского центра поддерживали связь после ареста СМИРНОВА И.Н.?

Ответ: После ареста И.Н. СМИРНОВА до конца 1934 г. я поддерживал организационную связь по вопросам нелегаль­ной троцкистской работы с МРАЧКОВСКИМ Сергеем Витальеви­чем.

Вопрос: По чьей директиве Вы поддерживали связь после ареста СМИРНОВА с МРАЧКОВСКИМ?

Ответ: Я поддерживал связь после ареста СМИРНОВА с МРАЧКОВСКИМ по прямому указанию СМИРНОВА Ивана Никити­ча.

Вопрос: Когда и при каких обстоятельствах Вы полу­чили это указание от СМИРНОВА И.Н.?

Ответ: Осенью 1932 г., будучи у СМИРНОВА И.Н. вме­сте с ГАЕВСКИМ Дмитрием, информируя его о состоянии неле­гальной троцкистской работы, он мне сказал, что существу­ет нелегальный троцкистский центр, который руководит всей нелегальной троцкистской работой в СССР. При этом он указал, что в состав нелегального центра входят он – СМИРНОВ, МРАЧКОВСКИЙ и, кажется, если мне память не изменяет, СМИЛГА. В эту же нашу встречу он (Смирнов) мне поручил в случае какого-либо провала иди ареста кого-либо из членов центра связаться, информировать и получать указа­ния от другого члена центра.

Вопрос: А что Вам СМИРНОВ. И.Н. говорил о его связях Троцким?

Ответ: Об этом он мне ничего не говорил.

Вопрос: Вы говорите неправду. СМИРНОВ И.Н. Вам говорил о том, что он имеет связь с Троцким.

Ответ: Еще раз заявляю, что об этом СМИРНОВ И.Н. мне ничего не говорил.

Вопрос: А о своем пребывании в Берлине СМИРНОВ Вам говорил?

Ответ: Да, в одну из встреч СМИРНОВ мне говорил, что он в 1930 году был в Берлине.

Вопрос: А что он Вам еще говорил о его пребывании в Берлине?

Ответ: Он мне сказал, что во время его пребывания в Берлине ему удалась прочесть ряд документов, в том числе "Бюллетень оппозиции" и книжку Троцкого "Моя жизнь".

Вопрос: А о своей встрече с СЕДОВЫМ СМИРНОВ Вам ни­чего не говорил?

Ответ: Нет, не говорил.

Вопрос: Вы напрасно хотите скрыть от следствия встречу И.Н. СМИРНОВА с Л. СЕДОВЫМ в Берлине. СМИРНОВ И.Н. в своем протоколе допроса от 20 мая 1936 г. показал, что во время его пребывания в Берлине он встречался с СЕДОВЫМ и через него установил связь с Троцким. Мы требуем правдивый ответ.

Ответ: Сознаюсь, что СМИРНОВ И.Н. не то в конце 1931 г. или в 1932 г. действительно мне сказал, что во время его пребывания в Берлине он встретился с СЕДОВЫМ и через него установил связь с Л.Д. Троцким.

Вопрос: А почему Вы ничего не говорите о Вашей свя­зи с Л. СЕДОВЫМ в Берлине?

Ответ: Я поддерживал связь с Троцким до момента его выселения в Алма-Ату, после этого я ни Троцкого, ни СЕДОВА никогда не видел и никакой личной и письменной связи с ним не поддерживал.

Вопрос: Мы располагаем точными данными, что во время Вашего пребывания в 1931 г. в Берлине Вы организационно связались с Троцким через Л. СЕДОВА?

Ответ: Я категорически заявляю, что с Л. СЕДОВЫМ во время моего пребывания в Берлине в 1931 г. не только не связался, но даже никаких попыток к этому не предпринимал

Вопрос: Троцкистские документы во время Вашего пребывания в Берлине Вы читали?

Ответ: Да, сознаюсь, что за время своего пребыва­ния в Берлине в течение полутора м<еся>цев я читал документы, которые издавались Л.Д. Троцким и троцкистами в Берлине. Но это не значит, что я пытался установить организацион­ные связи с Л.Д. Троцким.

Вопрос: Кто и откуда во время Вашего пребывания в Берлине к Вам приезжал из Польши?

Ответ: Во время моего пребывания в Берлине ко мне из Польши приезжала моя сестра по фамилии СТАЛОВИЦКАЯ [7].

Вопрос: Зачем она приезжала?

Ответ: Она приехала со мной повидаться.

Вопрос: А после отъезда из Берлина с 1931 г. Вы с Вашей сестрой – СТАЛОВИЦКОЙ встречались?

Ответ: Да, встречался.

Вопрос: Где Вы с ней встречались?

Ответ: Она в 1934 г. приезжала ко мне в г. Москву.

Вопрос: Зачем она приезжала?

Ответ: Так же, как и в Берлин, она приезжала ко мне повидаться.

Вопрос: Вы даете неверные показания. Нам известно, что Ваша сестра – СТАЛОВИЦКАЯ приезжала в Берлин и через нее Вы установили связь с Л. СЕДОВЫМ, и что в 1934 г. в Москву она приезжала к Вам по заданию Л. СЕДОВА. Мы требуем правдивых показаний по этому вопросу.

Ответ: Я категорически заявляю, что этого не было, что моя сестра, как в Берлин, так и в Москву приезжала только по личным, семейным вопросам, но никакой связи между мной и СЕДОВЫМ она не осуществляла.

Вопрос: Кому Вы говорили о том, что знакомились в Берлине с троцкистскими документами?

Ответ: Об этом я в разное время говорил СМИРНОВУ И.Н., МРАЧКОВСКОМУ и еще ряду троцкистов, с которыми я был связан по нелегальной работе.

Вопрос: Кому именно?

Ответ: Сейчас не помню.

Вопрос: Дайте показания о Ваших организационных связях с участниками Вашей организации, находящимися в тюрьме и ссылке?

Ответ: Я с участниками нелегальной к-р. троцкист­ской организации, руководителем которой я являлся, нахо­дящимися в тюрьме и ссылке, никакой связи не поддерживал.

Вопрос: Вы говорите неправду. Следствие располага­ет точными данными, что Вы до момента Вашего ареста поддерживали связь с рядом участников нелегальной организации, которые находятся в тюрьме и ссылке. Дайте по этому воп­росу правдивые показания.

Ответ: Да, сознаюсь, что я скрыл от Вас, что я пос­ледние годы действительно был связан с рядом троцкистов, которые были в тюрьме и ссылке: ЭСТЕРМАНОМ и ОХОТНИКОВЫМ.

Вопрос: Через кого Вы поддерживали связь с ОХОТНИКО­ВЫМ, находившимся в тюрьме?

Ответ: Я поддерживал с ним связь через СОЛОМКО [8].

Вопрос: Какая связь Вами была установлена с ОХОТНИ­КОВЫМ?

Ответ: Связь была установлена через СОЛОМКО, я ин­тересовался его письмами. В конце 1934 г. СОЛОМКО ездила к нему в тюрьме.

Вопрос: Кто ей дал деньги на проезд?

Ответ: Деньги в сумме пятисот рублей я ей дал.

Вопрос: Кому еще из членов нелегальной к-р. органи­зации Вы оказывали материальную помощь?

Ответ: ГАЕВСКОМУ, – когда он вернулся из тюрьмы, в 1934 г. я достал ему путевку и отправил лечиться его в санаторий в Крым. Туда же я ему направил через Моск<овскую> кон­тору Криворожстроя триста рублей для лечения. Оказывал я также материальную помощь ОХОТНИКОВУ через СОЛОМКО.

Вопрос: С кем из участников Вашей организации, при­бывшими в Москву из тюрьмы и ссылки, Вы связались?

Ответ: В 1934 г. со мной связался активный участник нашей к-р. организации ГАЕВСКИЙ Дмитрий.

Вопрос: Какой характер носила Ваша связь с ГАЕВСКИМ?

Ответ: Наша связь носила организационный характер, в частности, ГАЕВСКИЙ информировал меня о ряде участников нелегальной организации, которые сидели вместе с ним – ГАЕВСКИМ в тюрьме.

Вопрос: Что именно он Вам говорил об этих участни­ках организации?

Ответ: Он меня информировал, что они остались твер­до на своих троцкистских позициях и что у них еще не по­теряна надежда, что они выйдут на свободу и сумеют вести активную нелегальную работу и борьбу с руководством ВКП(б), в первую очередь со Сталиным.

Вопрос: О чем еще Вас информировал ГАЕВСКИЙ?

Ответ: Он мне также сообщил, что СМИРНОВ И.Н. находится в тюрьме и твердо остается на своих троцкистских позициях, что тактика троцкистов направлена на объединение с левой социал-демократией. ГАЕВСКИЙ мне также рас­сказал, что РЕШЕТНИЧЕНКО Владимир, который в 1927 году принял от меня руководство личной охраной Троцкого, также находится в тюрьме и пользуется среди троцкистов большим авторитетом.

Вопрос: А что Вам ГАЕВСКИЙ говорил о его нелегаль­ной работе по Москве?

Ответ: Он меня информировал о том, что в Москве ведется нелегальная троцкистская работа, в частности, он мне говорил, что крупная троцкистская организация сохранилась и активно работает на "Мосэнерго".

Вопрос: Откуда ГАЕВСКОМУ было известно о существо­вании и нелегальной работе троцкистской организации в "Мосэнерго"?

Ответ: ГАЕВСКИЙ по поручению центра троцкистской организации лично являлся одним из руководителей неле­гальной организации в Мосэнерго в прошлом.

Вопрос: С кем еще Вы установили связь из участников Вашей нелегальной троцкистской организации, прибыв­ших из ссылки?

Ответ: В 1934 г. после отбытия срока ссылки я установил организационную связь с участником нашей организации ЭСТЕРМАНОМ Исааком Семеновичем.

Вопрос: Где и когда Вы установили связь с ЭСТЕРМАНОМ Исааком Семеновичем?

Ответ: Эта встреча с ЭСТЕРМАНОМ состоялась в нояб­ре м<еся>це 1934 г. на квартире у ХРУСТАЛЕВА.

Вопрос: В чем конкретно выражался организационный характер Вашей встречи?

Ответ: При встрече у ХРУСТАЛЕВА с ЭСТЕРМАНОМ, пос­ледний меня информировал о положении среди ссыльных троц­кистов, что он во время пребывания в ссылке вел большую нелегальную троцкистскую работу и что он намерен в дальнейшем продолжать эту работу в Москве.

Вопрос: Какие указания Вы давали ЭСТЕРМАНУ?

Ответ: Я ему специальных указаний по нелегальной работе не давал, однако ему рекомендовал узнать, кто из троцкистов находится в Москве, и поручил ему восстанавли­вать с ними организационные связи.

Вопрос: Какие еще поручения организационного харак­тера Вы давали ЭСТЕРМАНУ?

Ответ: Я поручил ему установить и поддерживать свя­зи с участниками нашей троцкистской организации.

Вопрос: Для чего Вы ему предложили установить связь с членами к-р. организации, руководителем которой Вы яв­лялись? Разве Вы непосредственной с ними связи не поддер­живали?

Ответ: Так как я в 1934 г. на постоянной работе на­ходился на Украине, мне было трудно поддерживать связь с членами нашей организации, поэтому я хотел использовать ЭСТЕРМАНА как опытного человека для руководства активом нашей нелегальной организации.

Вопрос: Вы информировали ЭСТЕРМАНА о наличии неле­гального троцкистского центра?

Ответ: Да, информировал.

Вопрос: Вы ему говорили, кто входит в состав неле­гального троцкистского центра?

Ответ: Да, я ему сказал, что в состав нелегально­го троцкистского центра входил СМИРНОВ И.Н., МРАЧКОВСКИЙ и СМИЛГА.

Вопрос: После Вашей встречи в ноябре 1934 г. на квартире у ХРУСТАЛЕВА – Вы еще с ЭСТЕРМАНОМ встречались?

Ответ: Да, встречался.

Вопрос: Где и когда Вы с ним встречались?

Ответ: Я с ним встречался, кажется, в августе м<еся>це 1935 г. в поезде, идущем из Москвы в Сибирь, в Иркутск.

Вопрос: В эту Вашу встречу какие указания Вы дали ЭСТЕРМАНУ?

Ответ: Никаких.

Вопрос: Вы говорите неправду. Нам известно, что Вы в 1935 г. дали ЭСТЕРМАНУ указания по вопросам нелегаль­ной работы?

Ответ: Я это отрицаю.

Вопрос: Дайте показания о Вашей нелегальной троцкистской работе и об организационных связях с троцкистами в Сибири, на Украине и Урале?

Ответ: По этому вопросу разрешите мне дать показания в следующий раз.

 

Протокол допроса записан с моих слов правильно, соответствует действительности – 

 

ДРЕЙЦЕР.

 

ДОПРОСИЛИ:

 

НАЧ. СПО УГБ НКВД МО –

КАПИТАН ГОСУДАР. БЕЗОПАСНОСТИ – ЯКУБОВИЧ.

ЗАМ НАЧ. СПО УГБ НКВД МО –

КАПИТАН ГОСУДАР. БЕЗОПАСНОСТИ – СИМАНОВСКИЙ

НАЧ. 1 ОТД. СПО –

СТ. ЛЕЙТЕНАНТ ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ – ПЕРСИЦ.

 

Верно:

 

СОТРУДНИК СПО ГУГБ: (ПАНЬШИНА)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 226, Л. 52-74.


[1] Агентурные материалы на Дрейцера Московским полпредством ОГПУ были получены еще в 1932 г. от агента ОГПУ Зафрана. На февральско-мартовском пленуме 1937 г. Ежов рассказывал: «Зафран давал исчерпывающий материал о троцкистско-зиновьевском центре. Он работал в Москве. Вот, что он сообщает 5 декабря 1932 года. (Ворошилов. Кому?) Московскому ПП. Он сообщает: «Мне известно из разговоров Хрусталева, Махлакова и Дрейцера, что в Москве имеется направляющий центр...» Совершенно верно, в первое время он назывался направляющий центр, направляющая группа. (Читает.) Дальше он говорит: «Что касается Карла Радека, И.Н. Смирнова, то они стараются не говорить об этом, а известно, что они с этим центром связаны.» Следующее показание дает агентура о связи с правыми. «Дрейцер мне сказал, что он близок к правым...» (Читает.) Дальше этот же Зафран сообщает относительно свидания Смирнова, о котором сообщал Дрейцер, в 1932 г. с Седовым и о получении директивы по террору. Он сообщает об этом ПП Московской области. По получении этого материала сначала был арестован Хрусталев, а потом Зильберман. Дело арестованных Хрусталева и Зильбермана было передано следствию. Хрусталев и Зильберман первые дни отнекивались. Однако, попадает это дело Молчанову, начальнику секретного отдела. Тут же пришел запрос относительно санкции ареста Дрейцера. Дрейцер в это время работал в Западной Сибири. Когда это дело попало Молчанову, он сказал: «Забрать это дело в центр». Забрали в центр и там повернули дело таким образом, что через некоторое время были освобождены Хрусталев и Зильберман, а Зафрану было предъявлено обвинение в провокации, он был осужден на пять лет и сослан в лагерь. Причем, главным мотивом обвинения являлось то, что он принес листовку от Зильбермана. Он просил дать ему листовку, но Зильберман сказал, чтобы он ее переписал. Он переписал ее на блокнот и ему предъявили обвинение, что он это сам написал. Люди не догадались посмотреть бюллетень оппозиции, где целиком была написана эта листовка. После кировских событий, финала очень печального, после убийства т. Кирова, Зафран бежал из лагерей и сказал: «Вы меня обвиняли неправильно, теперь вы меня реабилитируйте». (Сталин. Кому?) Он обратился к начальнику политического отдела Московского ПП Радзивиловскому. Он говорит, я вот такой-то, бежал из лагерей, прошу меня принять. Его приняли, он говорит: «Прошу меня реабилитировать, я правильно сообщал, теперь ясно». (Сталин. Это после того, когда Кирова убили.) Да, он сказал, что Кирова убили, теперь ясно, что я давал правильные сообщения, прошу освободить меня от наказания, снять судимость и сказать, что я правильно поступил. (Бауман. Его надо было наградить.) В результате, товарищи, так как Молчанов это дело знал, Радзивиловский сказал: «На всякий случай надо его посадить». Зафран тогда написал письмо в партийные органы — в Комиссию Партконтроля, прокурору и т. Сталину. Это дело разбиралось в Комиссии Партконтроля, т. Шкирятов Зафрана вызывал, его немедленно освободили, направили на курорт и все было в порядке. Правда, через некоторое время, через 6–8 месяцев его вновь арестовали по другому делу и хотели судить. Сейчас он освобожден совершенно». На следующий день пленума Н. Ежову вторит С. Реденс, начальник УНКВД по Московской области: "Взять хотя бы дело Зафрана. Николай Иванович о нем вчера говорил подробно. Товарищи, каждый аппарат может ошибаться, но, когда Зафран показал, что есть Дрейцер, который имеет террористические намерения, что с Дрейцером есть кучка людей, что Дрейцер дает деньги на террористические работы, что было сделано? Забрали это дело, освободили Зильбермана и Хрусталева. У Хрусталева была явка и главная квартира по слежке, как ходит машина т. Сталина, чтобы отсюда сделать покушение. И он делает вид, что центральный аппарат, Молчанов, выручил московский аппарат, который попал в руки провокаторов и попал в неудобное положение, что мы это дело замяли, а агента осудили. Он говорил, что об этом деле он не знал тогда. Не верно, вы знали об этом деле тогда же. (Ягода. Это совершеннейшая ложь, а почему же вы его не освободили, ведь он у вас сидел. Это преступление.) Когда Ягоде говорила центральная агентура совершенно точно и ясно о троцкистах, он говорил, что таких вещей у троцкистов быть не может. Он сказал: «Что вы нам говорите, мы у Троцкого чай пьем». (Голос с места. Они одно время даже не знали, где Троцкий находится.) Относительно Дрейцера я не буду себе это дело в заслугу ставить. Но должен сказать, что о Дрейцере мы писали 5–6 записок в центральный аппарат, чтобы его арестовали. И действительно оказалось, что Дрейцер состоял в центре и занимался террористической деятельностью. Вы слыхали, что говорил Радек, что он помимо их центра начал развертывать работу. Я добился постановки вопроса о Дрейцере только в апреле 1936 г., если надо, то у меня имеются документы, я могу доказать, как мы неуклонно ставили вопрос о Дрейцере". 

[2] В книге С. Поварцова "Причина смерти – расстрел: Хроника последних дней Исаака Бабеля" имеется следующий пассаж: "О самом Гаевском известно мало. Был арестован, исключен из партии и приговорен коллегией ОГПУ к трем годам лишения свободы. К счастью, на мой вопрос о Гаевском ответила жена Бабеля. «Д. Гаевский был большим другом Ефима Александровича Дрейцера, и я встречалась с ним несколько раз в доме Дрейцеров. Это был красивый, но болезненного вида человек, удивительно эрудированный во всем, знавший литературу досконально, и в полувоенной политизированной среде… он мне казался очень интеллигентным, мягким и просто очаровательным человеком. Когда бывал он, то разговоры были совсем другими и всегда касались литературных тем, тогда как без него были анекдоты, высмеивание властей и всякие военные рассказы. Я знала, что у него была жена и двое, кажется, детей. Он был арестован, но, как мне помнится, его выпустили из-за болезни, и он умер дома от туберкулеза»". Там же имеется ссылка на журнал Известия ЦК КПСС, № 6 за 1991 г., с. 78. В публикуемой там справке КГБ и Прокуратуры СССР, а также КПК и ИМЛ при ЦК КПСС приводится следующая информация (актуальная на конец 1932 г.): "Гаевский Дмитрий Семенович, 1897 г. рождения, русский, член партии с 1919 г., директор «Мособлкоопстроя»".

[3] В тексте ошибочно – "Садко".

[4] По легенде (см., например, книгу «Измена родине» В. Рапопорта и Ю. Алексеева (Overseas Publications Interchange Ltd, London 1988, стр. 292), Аркадий Геллер – один из курсантов, которые якобы подрались со Сталиным на мавзолее 7 ноября 1927 г.

[5] Первую жену Троцкого на самом деле звали Александра Львовна (Соколовская), Анной Львовной звали мать Троцкого, которая скончалась в 1910 или, по другим сведениям, 1912 г.

[6] В спецсообщении В.С. Абакумова И.В. Сталину от 17 июня 1949 г. (№5560/а) об арестах бывших оппозиционеров в Москве и Московской области приводится следующая информация: «Вержбловский Д.В., 1901 года рождения, еврей. До ареста – без определенных занятий, проживал в Москве. В 1921 году в Воронеже Вержбловский примкнул к «рабочей оппозиции», за что в том же году исключен из партии. В 1926 году он примкнул к троцкистскому подполью, а затем вошел в состав «троцкистского профцентра», где совместно с Кролем, Валентиновым, Аржавским [видимо, Аршавским], Нейтлиным [видимо, Цейтлиным] и другими проводил вражескую работу. Вержбловский принимал участие в разработке «платформы 83-х», являясь соавтором раздела «Рабочий вопрос». В 1928 году Вержбловский был арестован и выслан на 3 года в Казахстан. Будучи в ссылке, продолжал антисоветскую работу, переписывался с находившимся в Алма-Ате Троцким и ссыльными троцкистами. В мае того же года, по ходатайству Томского и Яглома, Вержбловский был досрочно освобожден из ссылки. Вернувшись в Москву, он возобновил свою троцкистскую деятельность, вскоре вошел в состав «московского троцкистского центра» и вел активную вражескую работу как организатор троцкистских выступлений на предприятиях и учреждениях в Москве. В 1929 году Вержбловский был вторично арестован и осужден к трем годам заключения в политизоляторе, но был освобожден в связи с присоединением к двурушническому заявлению Радека, Смилги и Преображенского. По возвращении из заключения Вержбловский примкнул к троцкистской группе, возглавлявшейся Смирновым И.Н., и предоставил свою квартиру для троцкистских сборищ, проводимых Смирновым. Кроме того, Вержбловский принимал участие в редактировании двурушнического заявления Смирнова И.Н. В 1931 году, устроившись на работу в Госплан СССР и будучи в курсе многих экономических вопросов, он систематически снабжал экономической информацией Смирнова И.Н. и его группу. В тот же период получал и распространял книги Троцкого, изданные за границей. В 1932 году Вержбловский являлся секретарем Оргкомитета по созыву Всесоюзной конференции по размещению производительных сил. При его участии делегатами и гостями на конференцию были приглашены в основном троцкисты и правые, получившие, таким образом, легальную возможность встречи и обмена мнениями» (опубликовано в «Лубянка. Сталин и МГБ СССР. Март 1946 – март 1953», стр. 269-270). С другой стороны, имеются данные о том, что Вержбловский сотрудничал с ОГПУ. На февральско-мартовском пленуме 1937 г. Ежов говорил: «Можно ли было вскрыть уже тогда контрреволюционные организации троцкистов, зиновьевцев? Утверждаю, что уже тогда [в 1932 г.] можно было вскрыть всю работу центра тем более, что один из подсудимых [по делу И.Н. Смирнова и других] дал нам показания о терроре. Вержбловский, например, показывает... (Читает.) Человек дает показание о том, что пришел Смирнов, сказать ему такую чушь... (Читает.) Если бы по-настоящему проводилась работа, если бы по-настоящему использовывались следственные материалы, то можно было бы уже давно раскрыть эту организацию». В справке КПК, ИМЭЛ при ЦК КПСС, Прокуратуры СССР и КГБ СССР по делу И.Н. Смирнова и других (см. «Известия ЦК КПСС», № 6, 1991 г., стр. 76) указано: «В Ленинград для сбора подписей под этим зая­влением [И.Н. Смирнова и М.С. Богуславского об отходе от оппозиции] по указанию Е. М. Ярос­лавского был направлен некто Д.В. Вержбловский, который затем на протяжении многих лет сотруд­ничал с органами ОГПУ–НКВД, по его выражению, «в борьбе с антисо­ветчиной». Организуемые им на своей квартире вечеринки квалифицировались в отчетах органов ОГПУ как контрреволюционные сборища и давали обильный ком­прометирующий материал на их участников».

[7] Столовицкая (Дрейцер) Лидия Александровна (ок. 1896 – 1941). Младшая сестра Ефима Дрейцера, второй ребенок в семье. В возрасте 20-22 лет вышла замуж за Якоба Столовицкого, происходившего из богатой польской семьи. Примерно в 1922 г. родила дочь Марысю, которая в 12-летнем возрасте скончалась из-за осложнений после удаления аппендицита. В феврале 1936 г. у Лидии родился сын Михаил. По некоторым данным, Лидия умерла в апреле 1941 г., скрываясь в Вильно (Литва) во время оккупации Польши нацистами.   

[8] Соломко Александра Александровна – третья жена Охотникова.

Comments