ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ЕВДОКИМОВА Григория Еремеевича

от 14 августа 1936 г.

 

ЕВДОКИМОВ Г.Е. 1884 г<ода> р<ождения>, бывш<ий> чл<ен> ВКП(б) с 1903 года, исключался ХV съездом ВКП(б), затем был восстановлен, вторично был исключен в 1934 г. В 1935 году осужден Военной Коллегией верхсуда СССР к 8 годам тюрьмы как участник так называемого Московского контрреволюционного зиновьевского центра.

 

Вопрос: Показаниями РЕЙНГОЛЬДА от 7 ав­густа с<его> г<ода> устанавливается, что участники объединенною центра троцкистско-зиновьевского блока были связаны с правыми. Предлагаем сообщить, что Вам известно по этому вопросу?

Ответ: Связи нашей организации с правыми не прерывались начиная с 1928-29 г.г. и продолжались по день нашего ареста.

Вопрос: Кто персонально поддерживал связи с правыми?

Ответ: Связь с правыми одно время довольно регулярно осуществлял КАРЕВ.

Вопрос: С кем именно из правых КАРЕВ под­держивал связь?

Ответ: КАРЕВ поддерживал связь со СЛЕПКОВЫМ и МАРЕЦКИМ. В процессе этой связи обе стороны выявили одинаково враждебное отношение к руководству и политике ВКП(б). Эти встречи содействовали взаимному ознакомлению с настроениями, которые существовали как в группе СЛЕПКОВА и МАРЕЦКОГО, так и у КАРЕВА.

Я – ЕВДОКИМОВ – поддерживал связь с ЛУГОВЫМ, близ­ким человеком к ТОМСКОМУ и РЫКОВУ. Кроме того, я еще был связан с УГЛАНОВЫМ. КАМЕНЕВ был связан с РЫКОВЫМ, ЗИНОВЬЕВ – С ТОМСКИМ.

Вопрос: Сообщите следствию о характере Вашей связи с ЛУГОВЫМ?

Ответ: С ЛУГОВЫМ – ответственным сотрудником Наркомпищепрома я был близко связан в течение ряда лет, вплоть до момента моего ареста. Во время неоднократных встреч с ЛУГОВЫМ в 1932 году я и ЛУГОВОЙ занимались кле­ветой на руководство ВКП(б) и правительство. ЛУГОВОЙ являлся правым. Моя связь с ним носила характер прощупыва­ния настроения правых; такой же характер носила связь ЛУ­ГОВОГО со мной.

Вопрос: Вы пытаетесь изобразить Ваши встречи с ЛУГОВЫМ как встречи одиночки-зиновьевца с одиночкой-пра­вым. Это было не так?

Ответ: Мои встречи с ЛУГОВЫМ носили характер поисков связи зиновьевской группы с правыми через ЛУГОВОГО. ЛУГОВОЙ говорил мне, что о встречах со мной он информиру­ет РЫКОВА и ТОМСКОГО. Наряду с этим ЗИНОВЬЕВ и КАМЕНЕВ знали о моих встречах с ЛУГОВЫМ, и эти встречи я продолжал с их прямого одобрения.

От ЛУГОВОГО мне было известно, что участники группы правых систематически устраивают сборища, обычно по выходным дням, за городом, на даче, не то у ТОМСКОГО, не то у РЫКОВА. Кто присутствовал на этих сборищах, ЛУГО­ВОЙ мне не сообщил.

Вопрос: Вы не показываете об организационных связях троцкистско-зиновьевского блока с правыми?

Ответ: До настоящего времени я скрывал следующий факт связи троцкистско-зиновьевского блока с правыми через ЛУГОВОГО.

Незадолго до того, как ЦКК ВКП(б) привлекла к партийной ответственности ЗИНОВЬЕВА и КАМЕНЕВА за связь с контрреволюционной группой РЮТИНА, – ЛУГОВОЙ имел со мной конфиденциальный разговор, который он просил пере­дать лично ЗИНОВЬЕВУ и КАМЕНЕВУ. ЛУГОВОЙ мне сообщил, что Центральному Комитету ВКП(б) стало известно о получении КАМЕНЕВЫМ и ЗИНОВЬЕВЫМ через СТЭНА рютинской платформы.

Вопрос: Откуда ЛУГОВОМУ стало это известно?

Ответ: ЛУГОВОЙ мне заявил, что это стало ему известно от РЫКОВА и ТОМСКОГО. Последние, зная о его связи со мной – ЕВДОКИМОВЫМ, просили ЛУГОВОГО передать через меня ЗИНОВЬЕВУ и КАМЕНЕВУ о грозящей им опасности.

Вопрос: Таким образом, РЫКОВ и ТОМСКИЙ за спиной руководства партии предупредили Вашу группу о необходимости скрыть связь с группой РЮТИНА и обмануть партию?

Ответ: Да, это было так.

Вопрос: Уточните, когда именно ЛУГОВОЙ сделал Вам указанное Выше предупреждение?

Ответ: Повторяю, что это было всего лишь за несколько дней до вызова ЗИНОВЬЕВА и КАМЕНЕВА в ЦКК.

Вопрос: Как Вы поступили, получив сообщение от ЛУГО­ВОГО?

Ответ: Я тут же рассказал обо всем ЗИНОВЬЕВУ и КАМЕНЕВУ.

Вопрос: Что же было дальше?

Ответ: Вся наша группа тут же стала совещаться для решения вопроса, как КАМЕНЕВУ и ЗИНОВЬЕВУ следует вести себя в случае их вызова в ЦКК. Было решено, что КАМЕНЕВ и ЗИНОВЬЕВ должны отрицать свою связь с группой РЮТИНА.

Вопрос: Кто присутствовал на этом совещании?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ, КАМЕНЕВ, я – ЕВДОКИМОВ и БАКАЕВ.

Вопрос: Где происходило это совещание?

Ответ: На квартире ЗИНОВЬЕВА. Туда вызвали спе­циально по телефону КАМЕНЕВА.

Вопрос: Сообщите следствию о характере Вашей связи с УГЛАНОВЫМ?

Ответ: С УГЛАНОВЫМ я поддерживал связь вплоть до моего ареста. Настроения у УГЛАНОВА были очень озлобленные. Это обстоятельство я считаю нужным особенно под­черкнуть.

Вопрос: Почему считаете нужным это подчеркнуть?

Ответ: Я считаю, что настроения УГЛАНОВА были таковы, что он был подготовлен к организации террористической борьбы против руководителей ВКП(б). 

Мне запомнилось одно характерное выражение УГЛА­НОВА, когда он заявил: "Только мертвые не возвращаются ".

Эта фраза носила прямой террористический характер, направленный против руководителей партии и правительства.

Вопрос: Где происходили Ваши встречи с УГЛАНОВЫМ?

Ответ: Обычно мы встречались в здании Наркомпищепрома, где оба работали.

Вопрос: Что Вам известно о связях КАМЕНЕВА с РЫКОВЫМ?

Ответ: КАМЕНЕВ передавал, что РЫКОВ настроен еще более озлобленно, чем ТОМСКИЙ, и что эта озлобленность продиктована сознанием невозможности мирным путем вернуть правым то положение, которое они занимали раньше в руководстве партией и правительством.

Вопрос: Что именно Вам известно о связях ЗИНОВЬЕВА с ТОМСКИМ?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ мне передавал о своей встрече с ТОМСКИМ в 1931 г. в Сочи. ТОМСКИЙ был настроен крайне озлобленно по отношению к руководству партии. ТОМСКИЙ го­ворил, что нет никаких надежд на возможность "мирного врастания в партию".

Для характеристики положения правых в партии и отно­шения к ним руководства ВКП(б), ТОМСКИЙ привел пример с утопающим щенком. Он говорил: "Мужик, издеваясь, по­зволяет утопающему щенку добраться до берега, но как только щенок начинает выбираться на берег, его снова палкой загоняет в воду, пока щенок не утонет. Так руко­водство партии поступает с нами".

Эта встреча ЗИНОВЬЕВА с ТОМСКИМ [1] и ряд других, последовавших за ней, носили характер взаимной информа­ции и нащупывания возможности совместной борьбы против руководства партии и правительства.

Встречи ЗИНОВЬЕВА с ТОМСКИМ продолжались и в следую­щие годы.

Вопрос: Где именно происходили эти встречи?

Ответ: Эти встречи бывали в 1933 году в здании Наркомпроса, где работал ЗИНОВЬЕВ; на работе у ТОМСКОГО – в Госиздате.

Вопрос: Что еще Вам известно о связях троцкистско-зиновьевского блока с правыми?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ мне передавал, что он проинформиро­вал правых о существовании блока между троцкистами и зиновьевцами и о том, что этот блок базируется на организации совместной террористической борьбы против руководителей партии и правительства.

Вопрос: Когда именно ЗИНОВЬЕВ проинформировал об этом правых?

Ответ: Это было в середине 1933 года.

Вопрос: Кого именно из правых информировал ЗИНОВЬ­ЕВ?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ мне передавал, что он информиро­вал ТОМСКОГО о блоке и о переходе блока к террористи­ческой борьбе.

Вопрос: Когда передавал Вам об этом ЗИНОВЬЕВ?

Ответ: Этот разговор происходил осенью 1933 года на квартире у ЗИНОВЬЕВА.

Вопрос: Как правые реагировали на информацию ЗИ­НОВЬЕВА о существовании террористического троцкистско-зиновьевского блока?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ тогда же мне передавал, что ТОМ­СКИЙ отнесся явно сочувственно к сообщению ЗИНОВЬЕВА о блоке. В то же время ни мы, ни правые, не ставили вопроса о включении правых в блок.

Вопрос: Почему?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ мне сообщил, что правые, входив­шие в состав Центрального Комитета (РЫКОВ, ТОМСКИЙ, БУХА­РИН), были очень обеспокоены возможностью их провала в случае участия в деятельности блока и поэтому пред­почитали какое-то количество времени оставаться в тени, не входя в блок. Правые хотели оставить себе руки развязанными.

Наряду с этим, мы, участники троцкистско-зиновьевской организации, также считали правильным не втяги­вать правых в блок. При этом мы исходили из того, что в случае удачи подготовлявшихся нами и троцкистами террористических актов против руководителей партии и советского правительства, – мы будем иметь в лице пра­вых прямых союзников внутри Центрального Комитета, ко­торые обеспечат ЗИНОВЬЕВУ, КАМЕНЕВУ и ТРОЦКОМУ приход к власти.

Вопрос: Таким образом следствие устанавливает, что правые в лице ТОМСКОГО были полностью солидарны с необходимостью организации террористических покуше­ний против руководителей партии и правительства, но не вошли в террористический троцкистско-зиновьевский блок исключительно по тактическим соображениям?

Ответ: Да, это так. ЗИНОВЬЕВ рассказывал мне, что ТОМСКИЙ является решительным сторонником "дворцового переворота". Это подтверждается также и тем, что у правых была своя террористическая группа ЭЙСМОНТА-СЛЕПКОВА, которая инспирировалась РЫКОВЫМ и ТОМСКИМ.

Вопрос: Откуда вам это известно?

Ответ: Об этом мне сообщил ЗИНОВЬЕВ у себя на квартире летом 1933 года.

Вопрос: Что вам известно о террористической группе ЭЙСМОНТА-СЛЕПКОВА?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ, говоря об этой группе, сказал мне, что она подготовляет осуществление террористичес­кого акта против СТАЛИНА. Больше об этой группе мне ничего не известно.

Вопрос: Что еще Вам известно о связях троцкистско-зиновьевского блока с правыми?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ и КАМЕНЕВ мне говорили, что они согласовывали свои выступления на 17-м съезде ВКП(б) с РЫКОВЫМ, БУХАРИНЫМ и ТОМСКИМ и что, точно так же, выступле­ния лидеров правых были согласованы с ЗИНОВЬЕВЫМ и КАМЕНЕВЫМ.

Вскоре после 17 съезда ВКП(б) ЗИНОВЬЕВ и КАМЕНЕВ рассказывали мне о том, что правые были недовольны тем приемом, который им был оказан на 17 съезде ВКП(б) и что они завидуют выступлениям ЗИНОВЬЕВА и КАМЕНЕВА, по­лучившим более благоприятный прием со стороны съезда. Недовольство правых вызывалось тем, что в этом соревновании двурушников первое место принадлежало ЗИНОВЬЕВУ и КАМЕНЕВУ, а не им.

Активная роль в переговорах с правыми принадлежала также СОКОЛЬНИКОВУ Г.Я., который издавна являлся ярым сторонником установления контакта с правыми.

От КАМЕНЕВА мне было известно, что СОКОЛЬНИКОВ поддер­живал близкую связь с БУХАРИНЫМ.

Вопрос: Показаниями РЕЙНГОЛЬДА, ДРЕЙЦЕРА и ряда других участников троцкистско-зиновьевского блока уста­новлено, что в составе блока существовала военная орга­низация.

Подтверждаете ли Вы это?

Ответ: Да, подтверждаю. Такая организация была и возглавлялась МРАЧКОВСКИМ.

Вопрос: Откуда это Вам известно?

Ответ: Несколько лет тому назад, кажется, это бы­ло в 1933 году на квартире у ЗИНОВЬЕВА, – между мной, ЗИ­НОВЬЕВЫМ и БАКАЕВЫМ имел место разговор о происходившем тогда в Красной армии перемещении начальствующего со­става.

Эти перемещения ЗИНОВЬЕВ объяснял обнаружением в РККА троцкистов и зиновьевцев. ЗИНОВЬЕВ указывал, что несмотря на чистку Красной армии от троцкистов и зи­новьевцев ряд руководящих военных, состоявших участни­ками троцкистско-зиновьевской организации, остались не­разоблаченными.

Вопрос: О каких военных говорил ЗИНОВЬЕВ? Назы­вал ли он какие-либо фамилии?

Ответ: Да, ЗИНОВЬЕВ назвал ряд фамилий. Я запом­нил только фамилии ПРИМАКОВА и ПУТНА.

Вопрос: Что именно он сказал об этих лицах?

Ответ: ЗИНОВЬЕВ заявил мне, что ПРИМАКОВ и ПУТНА являются активными участниками троцкистско-зиновьевского блока в Красной армии, что в своей к.-р. работе они непо­средственно связаны с МРАЧКОВСКИМ, который осуществляет руководство всей военной организацией троцкистско-зи­новьевского блока.

Вопрос: Из ваших объяснений получается, что о соз­дании военной организации вы узнали только постфактум.

Между тем, являясь одним из руководящих членов объединенного центра троцкистско-зиновьевского блока, вы не могли не знать и до этого разговора с ЗИНОВЬЕВЫМ о том, что в Красной армии создается военная организация троцкистско-зиновьевского блока?

Ответ: Это верно. Я знал и до этого разговора с ЗИНОВЬЕВЫМ о том, что в Красной армии у нас имеются близкие нам люди – ПРИМАКОВ и ПУТНА, в прошлом активные троц­кисты. В 1932 году МРАЧКОВСКИЙ мне рассказывал, что он имеет непосредственные связи и с ПРИМАКОВЫМ и с ПУТНА и уверен в их преданности делу борьбы с партией и прави­тельством.

Вопрос: Сообщите более подробно, что вам расска­зывал МРАЧКОВСКИЙ о связях в Красной армии?

Ответ: МРАЧКОВСКИЙ мне сообщил, что через ПРИМАКОВА, ПУТНА и других военных, фамилии которых он мне не назвал, он поддерживает связь с троцкистской организацией в Красной армии.

ВОПРОС: Что Вам известно еще о военной организации троцкистско-зиновьевского блока?

ОТВЕТ: В разговоре с ЗИНОВЬЕВЫМ и БАКАЕВЫМ в 1933 году о военной организации троцкистско-зиновьевского блока я уже показал выше. В том же 1933 году у меня была еще одна беседа с ЗИНОВЬЕВЫМ и БАКАЕВЫМ о воен­ной организации. ЗИНОВЬЕВ и БАКАЕВ тогда подтвердили, что связь с организацией поддерживает непосредственно МРАЧКОВСКИЙ. Вспоминаю, что кроме названных выше ПРИМАКОВА и ПУТНА, БАКАЕВ также указал, что в военной организации значительную роль играют ДРЕЙЦЕР и САХНОВСКИЙ, в прошлом крупные военные работники.

ВОПРОС: В каких целях была создана военная организация троцкистско-зиновьевского блока?

ОТВЕТ: Путь организации террористических актов против руководителей партии и правительства не был единственным средством нашего прихода к руководству.

Мы считали, что наряду с организацией террористических покушений, успех которых должен был привести нас в состав ЦК ВКП(б) и правительства, необходимо также иметь на своей стороне воинскую силу, в случае если успех террористических актов не повлечет за собой не­посредственное привлечение нас к руководству партией и страной. Эту военную поддержку мы прежде всего искали в лице активных участников троцкистско-зиновьевской организации периода 26-28 г.г. Настроения ПРИМАКОВА и ПУТНА, резко враждебные по отношению к ЦК и политике партии, облегчили нам установление с ними непосредствен­ного контакта, а затем и создание при их руководящем участии организации в Красной Армии.

ВОПРОС: Следствием установлено, что троцкистско-зиновьевская организация продолжала существовать до последнего времени: Между тем, весь состав объединенного центра троцкистско-зиновьевского блока в лице: ЗИНОВЬЕВА, КАМЕНЕВА, ЕВДОКИМОВА, БАКАЕВА, МРАЧКОВСКОГО и ТЕР-ВАГАНЯНА после 1934 года находился в заключении. Каким образом осуществлялось руководство оставшимися на свободе членами троцкистско-зиновьевской организации?

ОТВЕТ: Я – ЕВДОКИМОВ не имел никакой связи с волей во время нахождения в заключении, ШАРОВ мне говорил, что и другие заключенные – руководящие участники троцкистско-зиновьевского блока также не имели связи с волей.

ВОПРОС: Так кто же все-таки осуществлял руковод­ство троцкистско-зиновьевской организацией после провала объединенного центра в 1934 году?

ОТВЕТ: Еще до нашего ареста объединенным центром был намечен состав так называемого, запасного центра, ко­торый должен был приступить к руководству троцкистско-зиновьевской организации в случае провала и ареста участников объединенного центра троцкистско-зиновьевского блока.

ВОПРОС: Назовите состав этого запасного центра.

ОТВЕТ: В состав запасного центра входили: от зиновьевцев – СОКОЛЬНИКОВ и от троцкистов – РАДЕК и СЕРЕБРЯКОВ.

ВОПРОС: Когда и от кого вам стало известно о кон­струировании запасного центра?

ОТВЕТ: В начале 1934 года в результате договорен­ности между нами – КАМЕНЕВЫМ, ЗИНОВЬЕВЫМ и ЕВДОКИМОВЫМ, с одной стороны, и ТЕР-ВАГАНЯНОМ от троцкистов – с другой стороны, был сконструирован запасной центр в указанном выше составе.

ВОПРОС: Почему именно СОКОЛЬНИКОВ, РАДЕК и СЕРЕБРЯ­КОВ были намечены в состав центра?

ОТВЕТ: Главное соображение, которым мы все руковод­ствовались при составлении запасного центра, было – наме­тить в центр наиболее законспирированных и влиятельных участников троцкистско-зиновьевской организации, находящихся вне всяких подозрений. Именно по этим соображениям наш выбор пал на СОКОЛЬНИКОВА, РАДЕКА и СЕРЕБРЯКОВА, о которых, как мы считали, было распространено мнение как о лицах, давно порвавших какую бы то ни было связь с оппозицией.

Переговоры по вопросу о введении в состав запасного центра с СОКОЛЬНИКОВЫМ вел КАМЕНЕВ, с РАДЕКОМ и СЕРЕБРЯКОВЫМ – ТЕР-ВАГАНЯН

ВОПРОС: Что вам известно о деятельности запасного центра?

ОТВЕТ: О деятельности запасного центра мне ничего не известно, ввиду того, что я, как уже показывал, находясь в заключении, никакой связи с волей не имел. 

Зная личные данные СОКОЛЬНИКОВА, СЕРЕБРЯКОВА и РАДЕКА, для меня не представляет сомнения, что эти лица после про­вала объединенного центра в 1934 году продолжали работу по подготовке террористических актов против руководителей партии и правительства. Это и являлось тем основным заданием, которое было возложено на запасной центр при его формирова­нии.

ВОПРОС: Имела ли троцкистско-зиновьевская организация связи среди сотрудников органов Государственной Безопасности?

ОТВЕТ: Нет, мы такими связями не располагали.

ВОПРОС: Этого не может быть. Вы должны были иметь свою агентуру в органах Государственной Безопасности. Подтверж­даете ли вы это?

ОТВЕТ: Нет, мы своей агентуры в органах Государствен­ной Безопасности не имели.

ВОПРОС: Имели ли вы знакомых среди сотрудников НКВД?

ОТВЕТ: Нет.

ВОПРОС: А кто-либо из участников объединенного цент­ра троцкистско-зиновьевского блока имел знакомых среди сот­рудников НКВД?

ОТВЕТ: По-моему, нет. Во всяком случае, об этом мне ничего не известно.

ВОПРОС: Имел ли БАКАЕВ, как известно, одно время рабо­тавший в органах ЧК, какие-либо связи среди сотрудников НКВД?

ОТВЕТ: Мне об этом ничего не известно.

ВОПРОС: Известны ли вам скрытые троцкисты или зиновьевцы среди сотрудников органов Государственной Безопасности?

ОТВЕТ: Нет, такие лица мне неизвестны.

 

Записано с моих слов правильно, мною прочитано.

 

Г. ЕВДОКИМОВ

 

ДОПРОСИЛИ: 

 

ЗАМ НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД –

СТ. МАЙОР ГОСУДАРСТВЕН. БЕЗОПАСНОСТИ: (ДМИТРИЕВ)

 

НАЧ. ОТД. ЭКО ГУГБ НКВД –

МАЙОР ГОСУДАРСТВЕН. БЕЗОПАСНОСТИ: (ЧЕРТОК)

 

ВЕРНО:

ОПЕРУПОЛНОМ. СПО ГУГБ –

СТ. ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (СВЕТЛОВ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 233, Л. 168-183.


[1] Сам Зиновьев на допросе 28-29 июля 1936 г. вспоминал эту встречу в Сочи так: «Незадолго до одного из пленумов ЦК, по-видимому осенью 1931 года, ТОМСКИЙ в Сочи, говоря со мной о БУХАРИНЕ, сообщил мне, что БУХАРИН, хотя и проявляет некоторые колебания в сторону партии, однако, одновременно, собирает материалы против Сталина и, как он выразился, располагает целым досье против Сталина». Томский же утверждал в предсмертном письме, что виделся в Зиновьевым всего два раза – и оба в Москве в 1932 г.

Comments