ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


Совершенно секретно.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б)

тов. ЕЖОВУ.

 

Дальнейшим следствием по делу контрреволюционной троцкистской организации в части террористической дея­тельности эмиссара Троцкого В. ОЛЬБЕРГА устанавливается:

1. что одновременно с подготовкой террористическо­го акта 1-го мая с<его> г<ода> на Красной площади в Москве под­готовлялся террористический акт также 1-го мая с<его> г<ода> в Ленинграде на т. Жданова, организуемый террористом ГУРЕВИЧЕМ X., арестованным в Ленинграде по показаниям ОЛЬБЕРГА.

ГУРЕВИЧ дал показания, подтверждающие, что он – ГУРЕВИЧ подготовлял террористический акт в отношении тов. Жданова вместе с арестованным инженером БЫХОВСКИМ.

Из показаний ГУРЕВИЧА усматривается, что он был связан с неким Яковом БУРШТЕЙН, известным под кличкой "Одессит", являющимся представителем заграничного троцкистского центра.

БУРШТЕЙН нами разыскивается для ареста.

БЫХОВСКИЙ дал показания о своей принадлежности к троцкистской организации, назвал известных ему участников организации: В. ОЛЬБЕРГА, ФРИДМАНА З., ГУРЕВИЧА и некоего ЛЕВИ.

По показаниям БЫХОВСКОГО, ЛЕВИ – доктор медицины, крупный троцкист, проживавший ранее в Берлине, а в 1933 году бывший в Москве и выехавший якобы за границу.

Об участии в террористической деятельности БЫХОВСКИЙ пока показаний не дает.

Местонахождение ЛЕВИ устанавливаем. 

Показания ГУРЕВИЧА и БЫХОВСКОГО являются первичными и далеко не вскрывают до конца всех участников террористической группы ГУРЕВИЧА.

Даны указания тов. ЗАКОВСКОМУ о срочном выявлении и аресте всех участников террористической группы ГУРЕВИЧА.

2. Из показаний ОЛЬБЕРГА В. и ФЕДОТОВА И. точно устанавливается, что ЕЛИН (до ареста секретарь гор­кома ВКП(б) г. Дзержинска и кандидат в члены бюро Горь­ковского Крайкома) не только занимал руководящее по­ложение в троцкистской организации в Горьковском крае, но и принимал активное участие в подготовке террори­стического акта 1-го мая 1936 года на Красной площади в Москве.

Из этих же показаний (ОЛЬБЕРГ, ФЕДОТОВ) устанав­ливается, что ЕЛИН был непосредственно связан о заграничным троцкистским центром, по заданию которого прикрыл в г. Горьком эмиссара Троцкого – В. ОЛЬБЕРГА.

До сегодняшнего дня ЕЛИН показаний искренних не дает.

3. Из показаний МУСАТОВА устанавливается, что по указанию ФЕДОТОВА в 1935 году он переехал на постоянное местожительство в Москву в целях организации наблюдения за тов. Сталиным для подготовлявшегося террористического акта.

В Москве МУСАТОВ лично привлек АРУТУНЯНЦА Арама Сергеевича, 1897 г<ода> рождения, б<ес>п<атрийного>, научного сотрудника реакции журнала "Плановое хозяйство" при Совнаркоме СССР;

ЦЫПКИНА Израиля Наумовича, 1904 г<ода> рождения, бес­партийного, старшего экономиста при заводе "Динамо";

ЛИВШИЦА Семена Федоровича (Григорьевича), 1904 г<ода> рождения, беспартийного, преподавателя МГУ;

ТЕПЛИНСКОГО Александра Петровича, 1896 г<ода> рождения, беспартийного, временно неработающего.

ТЕПЛИНСКИЙ в свою очередь завербовал в организа­цию РОЗОВСКОГО Льва Яковлевича, 1903 г<ода> рождения, бес­партийного, профессора международного аграрного инсти­тута.

Все перечисленные дали свое согласие на участие в террористической деятельности организации.

МУСАТОВ каждому из названных лиц дал поручения по установлению наблюдения за тов. Сталиным, однако отри­цает, что практически ими было в этом направлении

что-либо сделано.

и арестовываются.

4. Названного в показаниях ГАВЕНАБИРКЕНГОФА, который осуществлял связь московского центра троц­кистов с Троцким за границей, прошу разрешения через РОЗЕНГОЛЬЦА отозвать из Монголии, где БИРКЕНГОФ находится торгпредом и, по приезде в Москву, арестовать.

Направляю протоколы допросов:

1. ФЕДОТОВА И.К. от 22.IV.36 г.

2. ОЛЬБЕРГА В.П. от 23. IV.36 г.

3. МУСАТОВА А.А. от 22. IV.36 г.

4. КАНТОРА А.Х. от 22. IV.36 г.

6. ГУРЕВИЧА Х.Г. от 20. IV.36. г.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР: (ЯГОДА)

 

25 апреля 1936 г.

№ 56110


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ФЕДОТОВА, Ивана Кузьмича от 22/IV-1936 г.

 

ФЕДОТОВ И.К., 1900 г. рождения, уроженец ст. Верица [1], Ленинград­ской области, чл. ВКП(б) с 1919 г., б. зиновьевец.
 До ареста директор Горьковского пединститута.

 

ВОПРОС: Вы заявили о Вашем желании дать дополните­льные показания следствию. Что Вы имеете показать?

ОТВЕТ: Я дочу заявить Вам, что на предыдущих допросах я показал не все мне известное о деятельности троцкист­ской организации, участником которой я являлся.

В частности, я скрыл от следствия роль и участие в организации одного из ее руководителей, ЕЛИНА Марка Льво­вича.

ВОПРОС: Откуда Вам известно, что ЕЛИН являлся одним из руководителей троцкистской организации?

ОТВЕТ: О руководящей роли ЕЛИНА в организации мне было известно от ФУРТИЧЕВА еще в 1933 г. С 1935 г. я лично был организационно связан с ЕЛИНЫМ.

ВОПРОС: При каких обстоятельствах и что именно Вам сообщил ФУРТИЧЕВ о ЕЛИНЕ в 1933 году?

ОТВЕТ: В одной из моих бесед о ФУРТИЧЕВЫМ в с<е>редине 1933 г., где эта беседа была, в данное время не помню, ФУРТИЧЕВ мне сообщил, что в руководство троцкистской организации в Горьком входит ЕЛИН.

ФУРТИЧЕВ предупредил меня при этом, что ЕЛИН ведет работу крайне конспиративно и поддерживает связь только с ним – ФУРТИЧЕВЫМ.

ФУРТИЧЕВ также мне сказал, что организация крайне заинтересована в том, чтобы участие ЕЛИНА в троцкистской работе было известно только ограниченному количеству

лиц и что поэтому я о троцкистской деятельности ЕЛИНА не имею права говорить даже участникам организации.

ВОПРОС: В связи с чем у Вас вообще с ФУРТИЧЕВЫМ зашла речь о ЕЛИНЕ?

ОТВЕТ: Я о ФУРТИЧЕВЫМ имел откровенный разговор о его личной связи с ЕЛИНЫМ и высказал при этом предполо­жение, что их связь (ФУРТИЧЕВА – ЕЛИНА) носит не только личный характер.

ФУРТИЧЕВ от разговора на эту тему уклонился, замял этот вопрос и только через несколько дней, я полагаю, по согласованию с ЕЛИНЫМ, заявил мне, что мои предположения правильны, и сообщил об участии ЕЛИНА в руководстве организации.

ВОПРОС: До Вашего разговора с ФУРТИЧЕВЫМ в середине 1933 г. Вам было известно об организационной связи ЕЛИНА с троцкистами?

ОТВЕТ: Нет, не было известно. Впервые, как я уже показал, я об этом узнал от ФУРТИЧЕВА.

ВОПРОС: Что Вам было известно о конкретной к.-р. деятельности ЕЛИНА до установления им организационной связи с Вами в 1935 году?

ОТВЕТ: Со слов ФУРТИЧЕВА мне было известно о ЕЛИНЕ следующее:

ЕЛИН вел работу как участник организации еще тогда, когда в Горьком был БАКАЕВ, с которым ЕЛИН был связан. ЕЛИН непосредственно помогал БАКАЕВУ и ФУРТИЧЕВУ собрать в Горьком ряд троцкистов и зиновьевцев, в частности, КАНТОРА, ЗЕЛЬЦЕРА, БЕРНШТЕЙНА. Этих людей, все они являлись участниками организации, ЕЛИН устроил на работу и помог им в интересах организации обосноваться в Горьком.

ВОПРОС: 28/II-с<его> г<ода> Вы показали, что в 1934 г. Вы в Горьком имели с ФУРТИЧЕВЫМ разговор о необходимости террористической борьбы с соввластью. ЕЛИН также тогда стоял на позициях террора?

ОТВЕТ: В 1934 г. во время этого моего разговора с последний мне заявил, что организация стоит на позициях террора. Он специально о ЕЛИНЕ тогда не говорил как о террористе, но для меня было очевидно, что ФУРТИЧЕВ, говоря со мной от имени руководства организации, говорит и от имени ЕЛИНА. Это полностью подтверди­лось позднее в 1935 году, когда я после ареста ФУРТИЧЕВА установил непосредственную связь с ЕЛИНЫМ.

ВОПРОС: Когда и как Вы непосредственно связались с ЕЛИНЫМ?

ОТВЕТ: В январе 1935 г. за 2-3 дня до ареста ФУРТИЧЕВА, когда положение последнего уже было весьма шатким, ЕЛИН лично установил со мной связь как с участником 

организации. О моей работе в организации ему было известно от ФУРТИЧЕВА. ЕЛИН вызвал меня в Свердловский райком ВКП(б), секретарем которого он являлся, имел со мной специальный разговор об участнике организации БОЧАРОВЕ. ЕЛИН заявил мне следующее:

"БОЧАРОВ глупо засыпался на вузовском партактиве, я вынужден был резко против него выступить, но БОЧАРОВА исключать из партии на надо. Сейчас пишется решение бюро райкома с осуждением выступления БОЧАРОВА, но воп­рос о его партийности не ставится. В парторганизации института надо провести такую же линию".

Тогда же ЕЛИН мне сказал, что я должен отдать приказ о снятии БОЧАРОВА с работы в институте, чтобы отвлечь подозрения от себя, а ЕЛИН устроит его потом как члена ВКП(б) на другой работе.

ВОПРОС: А после ареста ФУРТИЧЕВА в январе 1936 г. Вы имели специальный разговор с ЕЛИНЫМ?

ОТВЕТ: Да, через 6-7 дней после ареста ФУРТИЧЕВА я зашел к ЕЛИНУ в крайком ВКП(б). Беседа наша происходила наедине. ЕЛИН был очень встревожен и заявил мне, что ФУРТИЧЕВ арестован как участник зиновьевской организации и что, по его сведениям, органы НКВД проводят специальную проверку троцкистов и зиновьевцев и что, в частности, Управление НКВД Горькрая интересуется мною – ФЕДОТОВЫМ.

ЕЛИН мне также сказал, что не исключены дальнейшие аресты участников организации. В связи с этим ЕЛИН говорил мне, что пока пройдут репрессии по отношению к троцкистам и зиновьевцам, надо быть весьма осторожным и приостановить работу новых участников организации.

Он также предложил прекратить встречи между членами организации, указав, что если даже не докопаются до организации, то сами встречи, которые будут зафиксиро­ваны органами НКВД, могут явиться уликой против нас.

Я с ЕЛИНЫМ согласился и передал его указания участнику организации КАНТОРУ.

ВОПРОС: Когда Вы вновь после этого встретились с ЕЛИНЫМ?

ОТВЕТ: Я с ним вообще встречался в крайкоме довольно часто по делам Пединститута, но нарочито в присут­ствии посторонних лиц. Только с июня м<еся>ца 1935 г. между нами была вновь установлена регулярная конспиративная связь.

ВОПРОС: По чьей инициативе эта связь началась? 

ОТВЕТ: По инициативе ЕЛИНА. В июне 1935 г. ЕЛИН вызвал меня в крайком ВКП(б) и сообщил мне, что, видимо, КАНТОРА восстановят в партии и что мне необходимо для сохранения КАНТОРА в Горьком принять его на работу в Пединститут.

Надо сказать, что КАНТОР считал для себя небезопасным оставаться в Горьком и имел намерение выехать в Москву. Я. и ЕЛИН считали его отъезд нецелесообразным, т.к. на КАНТОРА как на активного троцкиста мы возлагали большие надежды, и КАНТОР остался в Горьком.

Фактически, с июня 1935 г. в руководство троцкистско-зиновьевской организацией в Горьком входили ЕЛИН, я – ФЕДОТОВ и КАНТОР.

ВОПРОС: Какую конкретно троцкистскую работу Вы, ЕЛИН и КАНТОР вели в Горьком с июня 1935 года?

ОТВЕТ: Во-первых, перед нами стал вопрос о необхо­димости пополнения состава участников организации, т.к. ФУРТИЧЕВ и БОЧАРОВ были арестованы, ПОНОМАРЕВ уехал в Курск. Все они вели активную троцкистскую ра­боту, располагали широкими связями, и их отсутствие да­вало себя чувствовать.

В этой связи возник вопрос о переводе из Киева в Горький троцкиста МУХИНА [2], о котором я давал показании ранее и который являлся активным троцкистом-терро­ристом. Я говорил о МУХИНЕ с ЕЛИНЫМ, и он согласился с тем, что целесообразно МУХИНА перевести в Горький.

Наибольшая активность в деятельности организации, однако, началась со времени установления мною связи с эмиссаром Троцкого Валентином ОЛЬБЕРГОМ, о предстоящем приезде которого меня предупредил ЕЛИН.

ВОПРОС: На допросе от 28/II-с<его> г<ода> Вы показали, что Валентин ОЛЬБЕРГ явился прямо к Вам. Сейчас Вы показываете, что о предстоящем приезде ОЛЬБЕРГА Вас

предупредил ЕЛИН. Дайте объяснение противоречию в Ваших показаниях?

ОТВЕТ: НА допросе от 28/II-с<его> г<ода> и на последующих допросах я скрывал от следствия роль ЕЛИНА как одного из основных руководителей троцкистской организации. 

Формально прием ОЛЬБЕРГА на работу в Пединститут действительно происходил так, как я показал 28/II-с<его> г<ода>. Разница только в том, что ЕЛИН не был мною обманут (как я пытался это изобразить на следствии), а являлся моим и ОЛЬБЕРГА прямым сообщником.

Больше того, ЕЛИН был предупрежден о предстоящем приезде ОЛЬБЕРГА в Горький еще тогда, когда последний по приезде из-за границы находился в Москве.

ВОПРОС: Кем и как ЕЛИН был предупрежден о приезде ОЛЬБЕРГА в Москву и предстоящем его приезде в Горький?

ОТВЕТ: Мне прямо ЕЛИН об этом не говорил. Я над этим думал и представлял себе дело таким образом, что либо с ЕЛИНЫМ был связан брат ОЛЬБЕРГА, которой в то время работал уже в Горьком, либо ЕЛИНА об этом предупредили участники организации в Москве.

Я также не исключал того, что о приезде ОЛЬБЕРГА могли ЕЛИНА предупредить по линии связей Курта МЮЛЛЕ­РА.

ВОПРОС: Воспроизведите по возможности точно содержание Вашей беседы с ЕЛИНЫМ, во время которой он Вас предупредил о предстоящем приезде в Горький Валентина ОЛЬБЕРГА?

ОТВЕТ: Эта беседа была несколько позже, во второй половине июля 1935 года в крайкоме ВКП(б).

В разговоре по делам института я просил ЕЛИНА утвердить в должности преподавателя по истории Запада ВКП(б) КУСТОВА.

ЕЛИН отклонил мою просьбу и заявил при этом что в ближайшее время из Москвы должен приехать человек, которому надо будет дать курс по истории Запада.

ЕЛИН говорил, что этот человек является участником троцкистской организации, который будет играть крупную роль по работе троцкистов не только в Горьком, но и в Москве и других городах Союза.

О том, что этот человек приехал из-за границы, ЕЛИН мне тогда не говорил и фамилии его не называл.

ВОПРОС: А какие у Вас основания утверждать, что речь шла именно об ОЛЬБЕРГЕ?

ОТВЕТ: Когда ОЛЬБЕРГ явился ко мне при обстоятель­ствах, о которых я уже показывал ранее, он мне заявил, что он тот самый преподаватель истории Запада, о предстоящем приезде которого мне говорил ЕЛИН.

Кроме того, позднее это подтвердил мне и сам ЕЛИН.

ВОПРОС: Вы показали, что с приездом ОЛЬБЕРГА в Горький организация начала активную работу. В чем это заключалось?

ОТВЕТ: Я имею в виду ту работу по подготовке террористического акта над Сталиным, о которой я давал показания 20 апреля с<его> г<ода>.

С приездом ОЛЬБЕРГА, начиная с сентября 1935 г., началась работа по подготовлению технических средств для террористического акта и был разработан план самой организации этого акта.

ВОПРОС: Какое отношение к подготовляемому тер­рористическому акту имел ЕЛИН?

ОТВЕТ: ЕЛИН был полностью в курсе подготовки убий­ства Сталина. В конце августа 1935 г. в специальном разговоре со мной ЕЛИН меня предупредил, что все поручения ОЛЬБЕРГА, связанные с подготовкой террористического акта, надо точно и своевременно выполнить.

ВОПРОС: Об изготовлении бомб ЕЛИН знал?

ОТВЕТ: О том, что бомбы изготовляются, ЕЛИН знал. О деталях этого вопроса, в частности, об участии в этом деле НИЛЕНДЕРА и МАСЛЕННИКОВА я ему не говорил.

ВОПРОС: Кто Вам еще известен из участников терро­ристической организации?

ОТВЕТ: Я Вам дал показания обо всех известных мне участниках организации.

ВОПРОС: БАТАШЕВА Вы знали?

ОТВЕТ: Лично его не знал. Мне было известно, что он в прошлом – активный зиновьевец.

ВОПРОС: Что Вам известно о его связи с ФУРТИЧЕВЫМ?

ОТВЕТ: Ни о его связи с ФУРТИЧЕВЫМ, ни с другими участниками организации мне не известно.

 

Записано с моих слов верно и мною прочитано.

 

ФЕДОТОВ Иван Кузьмич

 

ДОПРОСИЛИ: 

 

ЗАМ. НАЧ. СПО ГУТБ – 

КОМИССАР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ 3 РАНГА – (ЛЮШКОВ).

 

НАЧ. 3 ОТД. СПО ГУГБ – 

КАПИТАН ГОСУДАРСТВЕН. БЕЗОПАСНОСТИ – (КАГАН).

 

ВЕРНО:

ОПЕРУПОЛНОМОЧЕН. 3 ОТД. СПО ГУГБ –  

ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (УЕМОВ)

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 165, Л. 56-65

 

 

[1] Видимо, ошибка, правильно – Вырица. По данным "Открытого списка", И. Федотов является уроженцем с. Введенского Красногвардейского района Ленинградской области.

[2] Мухин Николай Иустинович, 1897 г. рождения, уроженец Киевской области, приговорен к расстрелу в Киеве выездной сессией ВКВС СССР 21 октября 1936 г. и расстрелян 22 октября 1936 г.

Comments