ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА 

ХАСИНА, Григория Леонидовича, от 8 марта 1936 года.

 

ХАСИН Григорий Леонидович, 1890 года рождения, урож<енец> г. Николаева, УССР, еврей, гр<аждани>н СССР, член коллегии защитников; образование – высшее. Член ВКП(б) с 1917 г. В 1928 г. исключался из ВКП(б) за троцкистскую работу. В том же году восстановлен ЦКК.

 

Вопрос: Вы до момента своего ареста входили в состав существовавшей в Москве троцкистской контрреволюционной организации, которая ставила себе задачу борьбы с руководством ВКП(б) и советской властью. Что Вы можете показать?

Ответ: В троцкистскую организацию я не входил. О существовании такой организации мне ничего не известно.

Вопрос: Как Вы можете отрицать свое участие в троцкистской организации, – когда материалами следствия это совершенно точно установлено?

Ответ: Еще раз заявляю, что о существовании троцкистской организации я ничего не знаю.

Вопрос: Вы даете ложные показания. Знаете ли Вы ШЕМЕЛЕВА, Александра Ивановича? Когда Вы с ним познакомились? Поддерживали ли Вы с ним связь в последнее время?

Ответ: ШЕМЕЛЕВА я знаю с дореволюционных лет. Познакомился я с ним в г. Барнауле. Я поддерживал с ним близкие товарищеские отношения вплоть до моего ареста.

Вопрос: ШЕМЕЛЕВ на допросе показал, что в Москве до последнего времени существовала троцкистская к.-р. организация, в состав которой он сам входил. В числе других участников организации ШЕМЕЛЕВ назвал Вас – ХАСИНА. Мы требуем от вас правдивого ответа.

Ответ: Это показание ШЕМЕЛЕВА не соответствует действительности. Повторяю, что членом троцкистской или какой-либо другой к.-р. организации я не был.

Вопрос: Следствие констатирует, что Вы упорно не хотите выдать к.-р. работу троцкистской организации и ее участников по той причине, что Вы до настоящего времени являетесь неразоружившимся троцкистом и связаны групповой дисциплиной.

Ответ: Это неверно. С троцкизмом я искренне идейно и организационно порвал в декабре 1927 года, подав об этом заявление в парторганизацию Верхсуда РСФСР, где я тогда работал.

Вопрос: В чем заключалась ваша троцкистская работа в 1927 году? С кем из троцкистов Вы тогда были организационно связаны?

Ответ: К троцкистам я примкнул за несколько месяцев до 15-го съезда ВКП(б). Я подписал платформу 15-ти и заявление 83-х. Активно выступал на собраниях с защитой троцкистской платформы. Я был организационно связан с группой троцкистов, работавшей в Верхсуде РСФСР. В эту группу кроме меня входили троцкисты: 1) ЛИСИЦЫН, Алексей Александрович, член ВКП(б), сейчас работает в Верхсуде РСФСР; 2) ДЕБРЕВ, Эфроим Маркович, член ВКП(б), в 1935 году работал заместителем управляющего треста "Техника безопасности"; 3) ПРОКОФЬЕВ, Феофан Иванович, член ВКП(б), – в настоящее время не работает, пенсионер; 4) ДВОРКИН, Семен – умер в 1931 году; 5) БРОДСКИЙ, Борис Михайлович, умер в 1928 году; 6) САВИЦКИЙ Михаил – где сейчас находится, не знаю. Одно время он был в ссылке. В январе 1928 г. я за троцкистскую работу был из партии исключен, но в июне того же года ЦКК восстановлен.

Вопрос: С ШЕМЕЛЕВЫМ Вы в 1927 году были связаны по троцкистской работе?

Ответ: Да, с ШЕМЕЛЕВЫМ я в 1927 г. был связан по совместному участию в троцкистской работе.

Вопрос: Следствию известно, что ШЕМЕЛЕВ в 1927 году связал Вас с троцкистами И.Н. СМИРНОВЫМ и А.Н. САФОНОВОЙ. Вы это подтверждаете?

Ответ: Да, подтверждаю. В частности, по предложению ШЕМЕЛЕВА я в 1927 г. участвовал на троцкистской собрании в квартире у САФОНОВОЙ на Гнездниковском переулке. На этом собрании были: И.Н. СМИРНОВ, САФОНОВА, ШЕМЕЛЕВ, я – ХАСИН. Остальных не помню.

Вопрос: Из Ваших предыдущих ответов видно, что Вы хорошо осведомлены о партийном и служебном положении некоторых троцкистов, в частности, ПРОКОФЬЕВА и ДЕБРЕВА, с которыми Вы в 1927 году были связаны по троцкистской группе. Откуда вы это знаете?

Ответ: Я должен признать, что с б<ывшими> троцкистами ДЕБРЕВЫМ и ПРОКОФЬЕВЫМ, так же как с б<ывшим> троцкистом ШЕМЕЛЕВЫМ, я сохранил связь до последнего времени.

Вопрос: Вы до последнего времени сохранили с ними организационную связь на почве общности троцкистских взглядов?

Ответ: Нет. Только личную, товарищескую связь.

Вопрос: Вы продолжаете показывать неправду. Я предъявляю вам показания ШЕМЕЛЕВА от 23/II-с<его> г<ода>, которыми устанавливается, что Вы, ХАСИН, как и он (ШЕМЕЛЕВ) до последнего времени оставались на троцкистских позициях. Вы намерены правдиво отвечать на поставленные Вам вопросы?

Ответ: Я допускаю, что в моих беседах с ШЕМЕЛЕВЫМ могли проявляться отдельные недовольства, точнее, сомнения в правильности политики ВКП(б), главным образом, в вопросе внутрипартийных отношений. Но я отрицаю, что я до последнего времени оставался на троцкистских позициях, и что моя связь с ШЕМЕЛЕВЫМ и другими троцкистами носила организационный характер.

Вопрос: Вы продолжаете давать лживые показания, чтобы скрыть от следствия к.-р. деятельность троцкистской нелегальной организации, участником которой Вы были до момента своего ареста.

Ответ: Я этого не признаю.

Вопрос: Ваша позиция голословного отрицания фактов ни к чему не приведет. Вы как участник троцкистской организации изобличены не только ШЕМЕЛЕВЫМ, но и показаниями ряда других участников организации.

Ответ: Я признаю себя виновным в двурушничестве, в том, что поддерживал связь с рядом троцкистов, в том, что по некоторым вопросам я оставался на троцкистских к.-р. позициях, но участником организации я не был.

Вопрос: Знаете ли Вы ТРУСОВА, Ивана Ивановича?

Ответ: Да, ТРУСОВА, Ивана Ивановича, я знаю в продолжение многих лет. Я сохранил с ним товарищескую связь до последнего времени. 

Вопрос: Мы предъявляем Вам показания ТРУСОВА от 24/II-с<его> г<ода> [1], которыми вы также изобличаетесь как участник существовавшей в Москве до последнего времени троцкистской нелегальной организации. Вы и сейчас будете отрицать это?

Ответ: Я хочу заявить органам следствия, что мои предыдущие показания, в которых я отрицал существование троцкистской организации и свое участие в ней, – ложны. Я так долго сопротивлялся следствию в силу существовавшей в нашей организации групповой дисциплины. Так, в связи с арестом НОВИКОВА [2] у меня с ШЕМЕЛЕВЫМ в ноябре 1935 года был разговор, во время которого было обусловлено в случае ареста (которого мы, естественно, опасались) максимально конспирировать факт существования организации, в крайнем случае признавать двурушничество. О НОВИКОВЕ же ШЕМЕЛЕВ заявил буквально, что он человек достаточно твердый и выдавать не будет. Сейчас вижу, что дальнейшее сокрытие факта существования организации ввиду наличия у следствия достаточных улик – бесцельно. Я намерен откровенно показать все, что мне известно о существовавшей в Москве вплоть до моего ареста троцкистской к.-р. организации, участником которой я являлся. 

Вопрос: Кто персонально входил в состав организации?

Ответ: Из известных мне членов организации я могу кроме себя, ХАСИНА, назвать следующих: 

1) ШЕМЕЛЕВ, Александр Иванович, член ВКП(б), работал в Главлите;

2) ТРУСОВ, Иван Иванович, беспартийный, работал в редакции журнала "Советская торговля";

3) ДЕБРЕВ, Эфроим Маркович, член ВКП(б), работает зам<естителем> управляющего треста "Техника безопасности";

4) ПРОКОФЬЕВ, Феофан Иванович, член ВКП(б), персональный пенсионер;

5) КОВАЛЕНКО, Петр, член ВКП(б);

6) НОВИКОВ, Яков;

7) ФЛОРОВА, Зинаида;

8) ГОРОВИЧ, Израиль;

9) ВАКСБЕРГ, Генрих Абрамович, беспартийный, работает в Наркомфине РСФСР;

10) СТУКОВ, Иннокентий Николаевич.

Вопрос: Что Вы можете показать об организационном построении Вашей организации?

Ответ: Организационное построение нашей организации осуществлялось по принципу цепочки. Этот принцип должен был гарантировать наибольшую конспирацию и признавался наиболее отвечающим современной обстановке. Я – ХАСИН осуществлял организационную связь с членами организации ШЕМЕЛЕВЫМ, ТРУСОВЫМ, ДЕБРЕВЫМ и ПРОКОФЬЕВЫМ. Через меня эти лица были связаны с ШЕМЕЛЕВЫМ, кроме ТРУСОВА, который был также непосредственно связан с ШЕМЕЛЕВЫМ. ШЕМЕЛЕВ был организационно связан с участниками организации КОВАЛЕНКО, НОВИКОВЫМ, ФЛОРОВОЙ, ГОРОВИЧЕМ, ВАКСБЕРГОМ и СТУКОВЫМ. Из этих лиц я был также непосредственно связан с ВАКСБЕРГОМ. Мои встречи с ТРУСОВЫМ происходили обычно у меня, либо в его квартире по ул. Белинского. С ДЕБРЕВЫМ и ПРОКОФЬЕВЫМ мы встречались в моей квартире. Местом встреч ШЕМЕЛЕВА с участниками организации, непосредственно связанными с ним, являлась его квартира. Допускаю, что они встречались и в других местах, но где именно – не знаю. Вспомнил, что в октябре 1935 года я связал ПРОКОФЬЕВА с ШЕМЕЛЕВЫМ.

Вопрос: Дайте показания, какие задачи Ваша организация перед собой ставила?

Ответ: Все мы – участники организации до последнего времени оставались на троцкистских позициях. Основная задача, которую мы перед собой ставили, заключалась в борьбе за смену руководства ВКП(б) и соввласти и изменение политики ВКП(б) в соответствии с требованиями троцкистской платформы. Практическая работа, которую мы вели, состояла в консолидации, собирании и восстановлении связи с троцкистскими кадрами – с целью воссоздания разветвленной троцкистской организации. Так, задачи нашей организации формулировались в моих беседах с членом организации ШЕМЕЛЕВЫМ и другими. Примерно в таких же выражениях были сформулированы основные и тактические задачи нашей организации еще в 1932 году на совещании, в котором приняли участие: я, ДЕБРЕВ и ПРОКОФЬЕВ. На этом совещании, состоявшемся на станции Усово Белорусской жел<езной> дороги, мы подвергали обсуждению ряд злободневных политических и экономических вопросов, подчеркнули, что троцкистская платформа продолжает быть актуальной, заявили, что выход в смене руководства ВКП(б), и формулировали задачи организации – как они изложены выше. В этом направлении я и другие участники организации вели практическую работу.

Вопрос: Существовала ли организационная связь между Вашей организацией и руководящими троцкистскими кадрами? С кем персонально? Как эта связь осуществлялась?

Ответ: Да, такая связь существовала. По этому вопросу я хочу откровенно показать, что наша организация, о составе которой я уже показал, ‒ является частью троцкистской организации, возглавлявшейся И.Н. СМИРНОВЫМ, ведшей до последнего времени работу по директивам последнего. После ареста СМИРНОВА мы предприняли меры глубокой конспирации и продолжали работу на основе его указаний. Я показал выше, что еще в 1927 году ШЕМЕЛЕВ, а через ШЕМЕЛЕВА и я, – установили организационную связь с И.Н. СМИРНОВЫМ и А.Н. САФОНОВОЙ. О фактах, характеризующих формы организационной связи участников нашей организации с троцкистским центром в лице И.Н. СМИРНОВА, я могу показать следующее: в 1933 году ШЕМЕЛЕВ передал мне для нашей организации директиву И. СМИРНОВА, переданную ему (ШЕМЕЛЕВУ) через САФОНОВУ. Эту директиву СМИРНОВА ШЕМЕЛЕВ получил от САФОНОВОЙ в 1932 году во время состоявшейся между ними в Москве конспиративной встречи. Сущность этой директивы заключалась в необходимости продолжения работы по консолидации троцкистских кадров с целью воссоздания разветвленной троцкистской организации. Эта директива содержала в себе также указания на то, что требования платформы остаются актуальными, и ряд других указаний, которые я сейчас не могу вспомнить. Из бесед с ШЕМЕЛЕВЫМ уже в 1935 году я вынес впечатление о существовании каких-то каналов, по которым идет связь с СМИРНОВЫМ. Конкретно он мне об этом не говорил, сказав только, что СМИРНОВ находится в Суздальском изоляторе.

Повторяю, что практическую работу, которую мы вели, базировали на этих директивах СМИРНОВА и САФОНОВОЙ.

Вопрос: Что Вы можете дополнительно показать о связи участников организации с руководящими троцкистскими кадрами?

Ответ: Могу дополнить только то, <что> в 1933 году ШЕМЕЛЕВ информировал меня о положении ссыльных троцкистов (деталей не помню), о том, что РАКОВСКИЙ находится в Барнауле, о месте нахождения СОСНОВСКОГО и некоторых других видных троцкистов. Подробности этой информации я не могу сейчас вспомнить.

Вопрос: Существовала ли связь между кем-либо из участников Вашей организации и зарубежными троцкистами? В чем эта связь заключалась?

Ответ: Мне только известно, что среди участников нашей организации распространялись информации и установки Троцкого, исходившие от ШЕМЕЛЕВА. От кого и каким образом ШЕМЕЛЕВ эти установки получал – я не знаю. В одной из бесед с ШЕМЕЛЕВЫМ вокруг практических задач организации, это было в 1935 или 1934 году, ШЕМЕЛЕВ в обоснование практической задачи по консолидации кадров – сослался на известную ему установку, исходящую от Троцкого, которая также сводится к принятию мер против возможного распыления наших сил, к восстановлению и укреплению связей с троцкистскими кадрами и т.д. В этой связи я вспоминаю информацию, переданную мне ШЕМЕЛЕВЫМ, о том, что сгорела дача, где жил Троцкий, что погиб его архив. При этом ШЕМЕЛЕВ с озлоблением заметил, что поджог дачи Троцкого совершен по заданию представителей советской власти. Он также мне сообщил как-то о переезде Троцкого в Париж.

Вопрос: Что Вы можете показать о связи участников Вашей организации с троцкистами в других городах союза? 

Ответ: Об этом я ничего не знаю. 

Вопрос: Кто еще кроме тех, которых Вы уже назвали, входил в состав вашей организации?

Ответ: Я назвал всех известных мне членов организации.

Вопрос: Вы показали не все, что Вам известно о практической деятельности организации и ее участниках.

Ответ: Я показал все, что мне было известно. Я не исключаю, что о некоторых моментах из деятельности нашей организации – я мог забыть. Я обещаю вспомнить и дополнительно об этом показать.

 

Записано с моих слов правильно, мною прочитано.

 

ХАСИН.

 

ДОПРОСИЛИ:

 

ПОМ. НАЧ. 1 ОТД. СПО ГУГБ –

КАПИТАН ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (ЛУЛОВ)

 

ОПЕР. УПОЛН. 1 ОТД. СПО ГУГБ –

ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (МАТУСОВ)

 

Верно:

 

ПОМ. ОПЕР. УПОЛН. 1 ОТД. СПО ГУГБ – (ОРШАЦКАЯ)

 

 

РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 162, Л. 68-78.


[1] Показаний И. Трусова от этой даты не обнаружено. Возможно, речь идет о показаниях И. Трусова от 27 февраля 1936 г.

[2] Я. Новиков был арестован 3 ноября 1935 г.

Comments