ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


Совершенно секретно

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –  

тов. СТАЛИНУ.

 

В дополнение к ранее посланным материалам по делу эмиссара Троцкого Валентина ОЛЬБЕРГА направляю Вам про­токолы допросов:

 

ОЛЬБЕРГА В.П. от 9-го мая 1936 г.

РОЗЕНТРЕТЕРА С.А. от 5-го мая 1936 г.

 

1. В. ОЛЬБЕРГ показал, что арестованный по делу П. ОЛЬБЕРГ в 1933 году в Праге свел его с агентом Гестапо ТУКАЛЕВСКИМ. ТУКАЛЕВСКИЙ оказал В. ОЛЬБЕРГУ содействие в приобретении гондурасского паспорта и через проживаю­щую в Берлине Ф. СЛОМОВИЦ связал его с одним из чинов Ге­стапо в Берлине.

Этими показаниями установлено, что П. ОЛЬБЕРГ также вел в Советском Союзе по заданию Гестапо работу по подготовке террористических актов и был связан в своей контрреволюционной деятельности с агентами Гестапо: химиком военного завода ЯХНИНОЙ в гор. Горьком, инженером МАГАРУМОМ в гор. Ярославле и АЛИНЫМ.

2. Из показаний РОЗЕНТРЕТЕРА установлено, что несмотря на проверку партийных документов ему удалось скрыть от партии не только что он троцкист, но и свое офицерское прошлое, буржуазное происхождение и что за границей проживают его братья – белоэмигранты.

Названные в показаниях В. ОЛЬБЕРГА ЯХНИНА и МАГАРУМ устанавливаются для ареста.

АЛИН К.Е. в 1935 году был арестован за принадлеж­ность к контрреволюционной террористической организации и приговором Военной Коллегии Верховного Суда СССР при­говорен к расстрелу.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР

(ЯГОДА)

 

13/V 36 г.

№ 56270

 

[Пометы: Сверху от слов "совершенно секретно" надпись "от т. Прокофьева". Слева от слов "народный комиссар" приписка "зам". Над словом "Ягода" собственноручная подпись Г.Е. Прокофьева]


ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ОЛЬБЕРГА ВАЛЕНТИНА ПАВЛОВИЧА

от 9-го мая 1936 года.

 

ОЛЬБЕРГ В.П., 1907 г<ода> р<ождения>, быв<ший> член КПГ, исключен как троцкист, подданный Гондурас, б<ывший> преподаватель Горьковского педагогического института.

 

Вопрос: На допросе от 21/IV с<его> г<ода> Вы показали, что ваш брат Пауль ОЛЬБЕРГ проживал некоторое время на ст<анции> Долгопруд­ная, под Москвой, у гр<ажданки> ХАНЖИ.

Когда это было? 

Ответ: Мой брат Пауль ОЛЬБЕРГ проживал у ХАНЖИ в марте 1935 года ко времени моего второго приезда из-за границы в СССР.

Вопрос: Откуда Пауль ОЛЬБЕРГ знает ХАНЖИ?

Ответ: О проживании ХАНЖИ под Москвой я ему сообщил из Праги.

Вопрос: В связи с чем?

Ответ: Пауль ОЛЬБЕРГ мне в одном из писем сообщил, что ему негде остановиться в Москве. Я воспользовался предложени­ем проживавшего в Праге нашего общего знакомого троцкиста Бориса АВЕРБУХА, о котором я показывал 21/IV с<его> г<ода>, и сообщил П. ОЛЬБЕРГУ адрес квартиры ХАНЖИ, где он может при надобнос­ти остановиться.

Вопрос: Так ли это? Пауль ОЛЬБЕРГ показывает, что адрес ХАНЖИ ему дал непосредственно Б. АВЕРБУХ в 1934 году еще в Праге?

Ответ: Возможно, что АВЕРБУХ ему и дал адрес ХАНЖИ. Я об этом не знаю.

Вопрос: Разве Пауль ОЛЬБЕРГ часто ездил из Горького в Москву и испытывал затруднения в жилищной площади?

Ответ: Нет. Но о том, что ему негде останавливаться в Москве, он мне сообщил в связи с тем, что он собирался выехать в Москву встретить меня.

Вопрос: Следовательно, перед Вашим вторым выездом в СССР в марте 1935 года между вами и Паулем ОЛЬБЕРГОМ была договоренность, что он вас встретит в Москве?

Ответ: Да, я это обусловил в письмах к брату.

Вопрос: Нам все же непонятно, почему Пауль ОЛЬБЕРГ писал Вам, что ему негде остановиться в Москве. Он ведь мог остановиться у АРОНОВСКОГО, БОШТЕДТА, наконец, у ЛЮЛЬСДОРФА, проживавших в Москве. Ведь все эти люди предоста­вили бы П. ОЛЬБЕРГУ возможность пробыть несколько дней у них?

Ответ: Конечно. П. ОЛЬБЕРГ мог остановиться у АРОНОВ­СКОГО или БОШТЕДТА. У ЛЮЛЬСДОРФА должен был я сам остано­виться. Однако, у них остановиться Паулю ОЛЬБЕРГУ было не совсем удобно.

Вопрос: Почему?

Ответ: БОШТЕДТ и АРОНОВСКИЙ, как я показывал, являлись участниками троцкистской организации. Пауль ОЛЬБЕРГ решил из осторожности у них не останавливаться.

Вопрос: Значит, Пауль ОЛЬБЕРГ был в курсе их контрре­волюционной троцкистской деятельности?

Ответ: Да, я должен признать, что Пауль ОЛЬБЕРГ был мною еще за границей посвящен в содержание троцкистской работы, которую я вел.

Он знал о моих связях в Советском Союзе и о том, что троцкистская организация готовит в СССР террористические акты против руководителей партии и правительства.

Вопрос: Следовательно, Пауль ОЛЬБЕРГ был также участ­ником к.-р. троцкистской террористической организации?

Ответ: Пауль ОЛЬБЕРГ троцкистом не являлся. Однако, поскольку он был полностью в курсе моей террористической деятельности, он также фактически являлся участником орга­низации.

Вопрос: Ваш ответ непонятен. Если бы Пауль ОЛЬБЕРГ не был троцкистом, Вы бы ему не сообщили о вашей деятельности. Вы могли об этом сообщить только лицу, которое раз­деляет Ваши к.-р. взгляды. Кроме того, сам Пауль ОЛЬБЕРГ показывает, что он троцкист.

Ответ: Я еще раз заявляю, что Пауль ОЛЬБЕРГ фактичес­ки являлся участником организации, но по убеждениям троцкистом не был.

Вопрос: Пауль ОЛЬБЕРГ вам дал согласие принять учас­тие в террористической деятельности?

Ответ: Я перед ним так вопроса не ставил.

Вопрос: Для чего же вы ему сообщили о своей террорис­тической деятельности и о ваших террористических связях в СССР?

0твет: Он у меня пользовался полным доверием. Я от него ничего не скрывал и был уверен, что он меня не выдаст.

Вопрос: Ваш ответ носит несерьезный характер. Вы скры­ваете контрреволюционную деятельность вашего брата Пауля ОЛЬБЕРГА?

Ответ: Я должен признать, что Пауль ОЛЬБЕРГ приехал в СССР с террористическими заданиями независимо от меня.

Вопрос: От кого получил Пауль ОЛЬБЕРГ эти задания?

Ответ: Я вынужден сказать вам правду, мне было жалко выдать своего брата. Однако, я вижу, что от правды мне уйти не удастся.

Пауль ОЛЬБЕРГ приехал в СССР с заданиями от герман­ской тайной полиции, агентом которой он являлся с 1933 года.

Вопрос: Откуда вам известно, что Пауль ОЛЬБЕРГ являйся агентом германской тайной полиции?

0твет: Об этом он мне лично сообщил.

Вопрос: Когда, где?

Ответ: В 1933 году в Праге. После моего возвращения из СССР я подробно рассказал Паулю ОЛЬБЕРГУ о неудаче моей первой поездки.

Я советовался с Паулем ОЛЬБЕРГОМ, как мне подготовить вторую поездку в Советский Союз, в частности, говорил с ним о необходимости приобретения для меня такого паспорта, который дал бы мне возможность легализоваться впоследствии в Союзе.

Пауль ОЛЬБЕРГ тогда мне сообщил, что он связан в Пра­ге с одним человеком, ведущим большую работу против Совет­ского Союза.

Этот человек, по словам Пауля ОЛЬБЕРГА, сможет оказать мне содействие в приобретении паспорта, и вообще связь с ним может оказаться для меня полезной.

На мой вопрос, каких убеждений этот человек и от чьего имени он ведет работу против Советского Союза, Пауль мне заявил, что этот человек правых убеждений, глубоко ненави­дит Советский строй и является немецким агентом.

Пауль ОЛЬБЕРГ мне тогда же сказал, что он по собствен­ной инициативе уже говорил обо мне с этим человеком и что последний выразил желание со мной повидаться.

Я не решился без специальных указаний СЕДОВА идти на это и сообщил условным письмом СЕДОВУ в Париж, что есть возможность наладить связь с крупной немецкой организаци­ей крайне правого направления, которая может помочь мне в приобретении паспорта и выезде в Советский Союз.

СЕДОВ мне ответил, что он согласен на установление мною связи с этой организацией, предупредив меня о необ­ходимости сохранения этой связи в строжайшей тайне.

Вопрос: Связал ли вас Пауль ОЛЬБЕРГ с немецким агентом, о котором он вам говорил?

Ответ: По получении мною ответа от СЕДОВА я попросил Пауля ОЛЬБЕРГА свести меня с этим агентом.

Пауль вместе со мной направился в Славянскую библиоте­ку, помещающуюся в одном из домов мин<истерства> иностранных дел по Карловой улице, и познакомил меня с директором этой библио­теки ТУКАЛЕВСКИМ, Владимиром Николаевичем.

Пауль ОЛЬБЕРГ сказал ТУКАЛЕВСКОМУ, что я недавно был в СССР и могу быть ему полезен по интересующим его вопросам. ТУКАЛЕВСКИЙ мне сказал, что он с Паулем подробно говорил обо мне и что ему известно о цели моей поездки в Союз и причинах возвращения за границу.

ТУКАЛЕВСКИЙ рекомендовал мне обратиться от его имени к Чарли БЕНДА, о котором я давал показания 11.1 с<его> г<ода>, и за­явил, что БЕНДА устроит мне надежный паспорт.

При этом ТУКАЛЕВСКИЙ мне сказал, что, если у меня не хватит денег на паспорт, он мне поможет.

Я ему ответил, что денежная помощь мне вряд ли потребуется. На этом моя первая встреча с ТУКАЛЕВСКИМ закон­чилась.

Вопрос: Поддерживали ли вы связь с ТУКАЛЕВСКИМ в дальнейшем?

Ответ: Да. Я с ним поддерживал связь регулярно до моей второй поездки в СССР в марте 1935 года.

В середине 1934 года Пауль ОЛЬБЕРГ мне сообщил, что ТУКАЛЕВСКИЙ его направляет в Сов<етский> Союз с заданием связаться с группой немцев, которые ведут работу в СССР по подготов­ке террористических актов.

Пауль ОЛЬБЕРГ как химик должен был по заданиям ТУКАЛЕВСКОГО организовать в союзе изготовление взрывчатых веществ для террора.

ТУКАЛЕВСКИЙ предупредил Пауля ОЛЬБЕРГА, что он должен в кратчайший срок принять в СССР советское гражданство и осесть в союзе как советский гражданин.

С этими заданиями Пауль ОЛЬБЕРГ и выехал в ноябре 1934 г. в СССР.

После отъезда Пауля в СССР мои встречи с ТУКАЛЕВСКИМ участились.

Во время наших встреч ТУКАЛЕВСКИЙ мне говорил, что не только я, но и ряд других активных троцкистов за кордоном поддерживает тесную связь с Гестапо. В частности он мне сказал, что мой близкий друг ФЕЛЛА СЛОМОВИЦ, проживающая в Берлине, меня познакомит с одним из крупных чиновников тай­ной полиции, который даст мне ряд полезных советов в связи с моей поездкой в СССР.

В начале 1935 г., как я уже ранее показывал, я поехал в Берлин, где пробыл около двух недель и получил визу вые­хать как турист по Гондурасскому паспорту в СССР.

Перед моим выездом из Праги в Берлин ТУКАЛЕВСКИЙ мне подтвердил, что Фелла СЛОМОВИЦ свяжет меня в Берлине с од­ним из чиновников Гестапо.

Вопрос: Как вы установили связь в Берлине с Феллой СЛОМОВИЦ?

Ответ: Фелла СЛОМОВИЦ как участница троцкистской орга­низации в Берлине мне была известна давно.

На второй или третий день после моего приезда в Берлин я направился к ней на квартиру по адресу …………. [1] 150, невдалеке от Александр-Плац.

Из поведения СЛОМОВИЦ во время моей встречи с ней я убедился, что о моем приезде в Берлин она была предупрежде­на.

В течении нескольких часов я обсуждал со СЛОМОВИЦ поло­жение в троцкистской организации. СЛОМОВИЦ мне сказала, что она поддерживает регулярную связь с СЕДОВЫМ и Берлинс­кими троцкистами, что за время моего отъезда из Берлина "много воды утекло" и что обстановка, в которой приходится работать в Германии резко изменилась.

По сообщению СЛОМОВИЦ, Гестапо знает наперечет всех мало-мальски активных троцкистов в Германии, и в связи с этим перед троцкистами стал вопрос – либо пойти на соглашение с фашистами, либо быть разгромленными.

СЛОМОВИЦ сказала мне, что она и Курт РОБЕЛЬ решили пойти на соглашение с фашистами.

При этом она развила передо мной следующие взгляды: изменение политического режима в СССР и раскрепощение рабо­чего класса от диктатуры кучки узурпаторов возможно только при двух условиях – либо путем серии террористических актов над руководителями ВКП(б), либо путем интервенции, когда оппозиционные элементы в СССР получат оружие и обратят его против руководства ВКП(б).

Убийство КИРОВА, как говорила СЛОМОВИЦ, показало, что террористические акты над руководителями ВКП(б) возможны и осуществимы. Главная задача – это тщательно подготовить и организовать убийство СТАЛИНА. Это можно сделать только при условии, если будет создана мощная террористическая ор­ганизация и притом в самый непродолжительный срок.

СЛОМОВИЦ считала, что одних троцкистских сил для этого недостаточно и сказала мне, что нам гарантирована помощь со стороны немцев, ведущих уже работу в этом направлении.

В заключение СЛОМОВИЦ мне сказала, что СЕДОВ полностью разделяет точку зрения ее и КУРТА РОБЕЛЬ по этому воп­росу, а так как СЕДОВ, как известно, не мог принять самостоя­тельного решения по такому принципиальному вопросу, то он несомненно отражает мнение ТРОЦКОГО.

СЛОМОВИЦ мне также заявила, что СЕДОВ ее категоричес­ки предупредил не оставлять никаких следов, могущих когда бы то ни было скомпрометировать троцкистов в их связи с Гестапо.

Вопрос: Говорила ли Вам СЛОМОВИЦ о своей личной связи с Гестапо?

Ответ: СЛОМОВИЦ мне сказала, что она в курсе моей связи с ТУКАЛЕВСКИМ и устроит мне встречу с ответственным чиновником Гестапо.

Через два дня после этого разговора со СЛОМОВИЦ я по ее приглашению зашел к ней вечером на квартиру, где застал неизвестного мне мужчину в штатском, высокого роста, блондина, бритого, лет 40, немца.

СЛОМОВИЦ меня ему представила после чего этот немец расспросил меня, где я был в СССР в 1933 г., с кем поддержи­ваю связь из лиц, проживающих в Союзе, и с кем я намерен встретиться при моей предстоящей поездке.

Я ему сказал, что был в Москве и Сталинабаде и что по приезде в Союз свяжусь кроме брата с БОШТЕДТОМ и ЛЮЛЬСДОРФОМ, а также с РОЗЕНБЛЮМОМ в Минске.

Немец меня предупредил, что желательно, чтобы я устро­ился в Союзе в самой Москве или вблизи Москвы и что при надобности связь со мной будет установлена через Пауля ОЛЬБЕРГА.

Вопрос: Известно ли вам, кто это<т> немец и какое положение он занимает в Гестапо?

Ответ: Мне об этом неизвестно. После ухода этого нем­ца я спросил СЛОМОВИЦ, кто он. СЛОМОВИЦ заявила мне, что фамилии его она не знает, что ее связал с ним КУРТ РОБЕЛЬ, который ее предупредил, что это ответственный чиновник Ге­стапо.

Вопрос: Встречались ли вы с этим чиновником Гестапо в период вашего пребывания в Берлине с апреля по июнь 1935 года?

Ответ: Да. Я с ним виделся в этот период два раза у СЛОМОВИЦ.

К этому времени я получил от СЕДОВА явку в г. Горький на  ЕЛИНА и  ФЕДОТОВА.

Я сообщил этому немцу о полученных мною явках и по­ставил его в известность, что останусь на жительстве либо в Минске, либо в Горьком, т.к. в Москве мне осесть не удалось.

Вопрос: Паулю ОЛЬБЕРГУ вы говорили об установлении ва­ми в Берлине связи с чиновником Гестапо?

Ответ: Да, я об этом Паулю ОЛЬБЕРГУ рассказывал.

Вопрос: Что вам говорил Пауль ОЛЬБЕРГ о своих связях с немецкой агентурой в Советском Союзе и о работе, которую он проводил в СССР по заданию Гестапо?

Ответ: Пауль ОЛЬБЕРГ мне в ряде бесед сообщил, что в СССР он связан с рядом лиц, имеющих отношение к Гестапо. Из них с его слов мне известна женщина-химичка по фамилии ЯХНИНА, работающая в Горьком на военном заводе, которая учи­лась в Германии. Уже во время моего проживания в Горьком Пауль ОЛЬБЕРГ мне сказал, что ЯХНИНА вместе с ним работает над изготовлением взрывчатых веществ, которые будут применены при организации террористического акта.

Пауль ОЛЬБЕРГ мне также сказал, что к подготовке терро­ристического акта, которую он ведет, причастны агенты Гестапо МАГАРУМ, латвийский подданный или уроженец Латвии, прибывший вместе с Паулем ОЛЬБЕРГОМ в СССР, работающий инженером на одном из заводов в Ярославле, и АЛИН, уроженец Риги, проживавший некоторое время в Берлине, молодой человек, у которого проживал Пауль ОЛЬБЕРГ вскоре после своего приезда в Москву в 1934 году.

Вопрос: На ЯХНИНУ, МАГАРУМА и АЛИНА Пауль ОЛЬБЕРГ получил явки от Гестапо из-за границы или привлек их к работе в СССР?

Ответ: Пауль ОЛЬБЕРГ мне сказал, что на ЯХНИНУ им была получена явка в 1934 г. от Гестапо через ТУКАЛЕВСКОГО.

О МАГАРУМЕ Пауль мне говорил, что при их совместной поездке в Союз МАГАРУМ ему откровенно высказывал к.-р. взг­ляды, в результате чего Пауль привлек МАГАРУМА к к.-р. дея­тельности в СССР.

Относительно АЛИНА Пауль ОЛЬБЕРГ мне говорил, что он и его отец были долгое время за границей, и что АЛИН является решительным врагом Советского строя, готовым в любую минуту принять участие в террористическом акте.

Связь с АЛИНЫМ Пауль установил по явке, полученной в Риге в 1934 году.

От кого Пауль ОЛЬБЕРГ получил эту явку, мне неизвестно. Должен добавить, что вскоре после моего приезда в Горький Пауль мне сообщил, что АЛИН арестован. При этом Пауль высказывал опасение, как бы в результате ареста АЛИНА он не провалился.

Вопрос: Вы называете не все связи Пауля ОЛЬБЕРГА в СССР с агентами Гестапо.

Ответ: Пауль мне сказал в 1935 году, что он в Москве связан еще с каким-то немцем, но о характере этой связи он мне не говорил и фамилии его не назвал.

Вопрос: В связи с чем Пауль ОЛЬБЕРГ Вам говорил о своей связи с этим немцем в Москве?

Ответ: Он мне говорил о нем в связи с сообщением о своей связи с МАГАРУМОМ и ЯХНИНОЙ. Он мне сказал буквально следующее: "У меня есть еще один друг немец в Москве". Больше он мне об этом ничего не говорил.

Вопрос: Какое отношение имел Пауль ОЛЬБЕРГ к подготовке террористического акта на Красной площади в Москве 1/V-1936 г., о чем вы показывали на допросе от 21/IV- с<его> г<ода>?

Ответ: Пауль ОЛЬБЕРГ был полностью в курсе подго­товки этого террористического акта. Однако он и связан­ные с ним агенты Гестапо, о которых я показал выше, непосредственного участия в этом акте принимать не должны были. Группа Пауля ОЛЬБЕРГА вела работу независимо от деятельности троцкистской организации.

 

Записано с моих слов верно, мною прочитано – В. ОЛЬБЕРГ.

 

ДОПРОСИЛИ:

 

ЗАМ. НАЧ. СПО ГУГБ

КОМИССАР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ 3 РАНГА: (ЛЮШКОВ)

НАЧ. 3 ОТД. СПО ГУГБ

КАПИТАН ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (КАГАН)

 

Верно:

 

ОПЕР. УПОЛНОМ. 3 СПО ГУГБ – 

ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (УЕМОВ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 177, Д. 224, Л. 63-78.


[1] Пропуск в тексте документа.

Comments