ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. ЕЖОВУ.

 

В дополнение к ранее посланным материалам по делу эмиссара ТРОЦКОГО Валентина ОЛЬБЕРГА и других направляю показания арестованных:

1. ПОНОМАРЕВА, Леонида Ивановича от 21/III-1936 г.

2. ЗАКГЕЙМ, Юделя Рувимовича от 20/III-1936 г.

3. МУСАТОВА Андрея Алексеевича от 21/III-1936 г.

4. СИНИЦИНОЙ, Зинаиды Сергеевны от 21/III-1936 г.

Названные в показаниях МУСАТОВА: ЛЮБОМУДРОВ арестован Управлением НКВД по Западной области по другому делу и будет привлечен к следствию по настоящему делу. АЛЕКСАНДРОВ также арестован.

Названные в показаниях ПОНОМАРЕВА: МАХМУБЕКОВ, РАСПЕВАКИН, ЧЕСНОКОВ, ШОВАНДИН, ДОЙНИКОВ, БОЧАРОВ, СЕГАЛЬ и ДЫМЕНТ устанавливаются для ареста.

Проверяем причастность к контрреволюционной организации МАНЬКОВСКОГО, названного ПОНОМАРЕВЫМ, после чего будет решен вопрос о его аресте.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ 

ДЕЛ СОЮЗА ССР: (ЯГОДА)

 

25 марта 1936 г.

№ 55788


 ПРОТОКОЛ ДОПРОСА

ПОНОМАРЕВА, Леонида Ивановича, от 21 марта 1936 года

 

ПОНОМАРЕВ Л.И., 1898 года рождения, чл<ен> ВКП(б) с 1924 года, до ареста директор Курского педагогического института.

 

Вопрос: Чем вызван Ваш перевод из Горького в Курский педагогический институт?

Ответ: В качестве директора Курского педагогического института я был назначен согласно приказа Наркомпроса. До этого я работал директором Горьковского института по повышению квалификации учителей, находящегося в ведении крайОНО. На эту работу я был командирован крайОНО 15 сентября 1935 г. после сдачи дел по Сормовскому педагогическому институту.

Так как директора пединститутов находятся в непосредственном ведении Наркомпроса, то я был отозван с работы директора Горьковского института по повышению квалификации учителей и назначен директором Курского пединститута.

Вопрос: Только ли эти причины послужили поводом к Вашему отъезду из Горького в Курск?

Ответ: Нет. За последнее время, работая в Горьком, у меня лично складывались так обстоятельства, что я вынужден был уехать из Горьковского края.

Вопрос: Что это за обстоятельства?

Ответ: Работая директором Сормовского пединститута 5-го февраля 1935 г. Сормовским районным комитетом ВКП(б) мне был вынесен строгий выговор с предупреждением со следующей формулировкой: "зa притупление классовой бдительности", выразившейся в том, что я как директор педагогического института не исключил из института студента АРТЕМЕНКО Г., троцкиста, ранее нахо­дившегося в ссылке за контрреволюционную деятельность. Кроме того, зная, что АРТЕМЕНКО троцкист, я оказывал ему материальную помощь.

Будучи скомпрометирован перед партийной органи­зацией, я считал необходимым для себя уехать из Горьков­ского края.

Вопрос: Разве переездом в другой город Вы восстанавливаете к себе доверие партии?

Вы выехали из Горького, потому что боялись разо­блачения Вашей троцкистской деятельности.

Ответ: Это я категорически отрицаю. Никогда я троцкистом не был и связей с троцкистами не поддерживал.

Вопрос: Ваши показания неискренни. Следствию известно, что Вы являлись участником троцкистской контрреволюционной организации и по ее заданию проводили активную работу?

Ответ: Повторяю, что никогда троцкистом я не был и ни в каких троцкистских организациях не состоял.

Вопрос: Вы уклоняетесь от дачи показаний о своей контрреволюционной деятельности.

Показаниями арестованного АРТЕМЕНКО Георгия установлено, что Вы входили в состав руководства контрреволюционной троцкистской организации Сормовского пединститута. Подтверждаете ли Вы это?

Ответ: Нет, я это категорически отрицаю.

Вопрос: Показаниями арестованного ФЕДОТОВА Ивана установлено, что Вы не только входили в руководство к.-р. троцкистской организации в Соромвском пединституте, но были организационно связаны с троцкистской к.-р. организацией в г. Горьком. Следствие требует от Вас показаний по существу.

Ответ: Признаю, что я с марта месяца 1934 года состоял в контрреволюционной троцкистской организации в Сормовском пединституте.

Вопрос: Когда, кем и при каких обстоятельствах Вы были вовлечены в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: В 1934 г. в конце марта или же в начале апреля, будучи в Горьком по учебным делам своего института, я посетил директора Горьковского пединститута ФЕДОТОВА Ив<ана>. В беседе ФЕДОТОВ мне рассказал, что в Сормовском педагогическом институте существует нелегальная троцкистская организация, которой руководит МАХМУБЕКОВ, преподаватель истории ВКП(б). С МАХМУБЕКОВЫМ ФЕДОТОВ поддерживает организационную связь. 

В этой же беседе ФЕДОТОВ сделал мне предложение поддерживать МАХМУБЕКОВА и оказывать ему содействие в развертывании деятельности Сормовской троцкистской организации.

Вопрос: Были ли у Вас с ФЕДОТОВЫМ до этого разговоры на контрреволюционные троцкистские темы?

Ответ: Нет. С ФЕДОТОВЫМ о троцкизме у меня разговоров никогда не было.

Вопрос: Непонятно почему ФЕДОТОВ, не зная Ваших троцкистских настроений, в первой же беседе сообщил Вам о существовании контрреволюционной троцкистской организации в Сормове и привлек Вас к ее работе? Следовательно, ФЕДОТОВ знал уже раньше Вас как троцкиста?

Ответ: Примерно в феврале или марте месяце 1934 г., сталкиваясь по работе с МАХМУБЕКОВЫМ, преподавателем истории ВКП(б), – последний жаловался мне, что у нас нет хороших учебников по истории ВКП(б) и что приходится пользоваться всякими "суррогатами". На мое указание об имеющихся учебниках по истории ВКП(б) МАХМУБЕКОВ стал резко критиковать эти учебники, указывая на то, что они тенденциозно освещают историю ВКП(б), упуская ряд исторических фактов о роли Троцкого в революции и в особенности совершенно извращают роль Троцкого в период гражданской войны. Здесь же МАХМУБЕКОВ мне рассказал, что он сам является участником гражданской войны, занимал в Красной армии ряд командных должностей и восторженно отзывался о Троцком.

МАХМУБЕКОВУ я тогда не возражал.

Об этом разговоре МАХМУБЕКОВ рассказал, как мне впоследствии стало известно, ФЕДОТОВУ, указав на меня как на человека, который разделяет троцкистские взгляды. По возвращении из Горького после встречи с ФЕДОТОВЫМ через два или три дня (апрель месяц 1934 г.) ко мне в кабинет зашел МАХМУБЕКОВ, который мне прямо заявил, что он знает о моей беседе с ФЕДОТОВЫМ, и тут же предложил мне включиться в работу троцкистской организации Сормовского пединститута.

Таким образом я был вовлечен в троцкистскую организацию.

Вопрос: Информировал ли Вас МАХМУБЕКОВ о составе контрреволюционной троцкистской организации Сормовского пединститута?

Ответ: Да. МАХМУБЕКОВ, связавшись со мной, в этой же беседе мне рассказал, что в состав троцкистской организации института входят ряд преподавателей и студентов и что общее руководство организацией осуществляется непосредственно им, МАХМУБЕКОВЫМ.

Троцкистская организация Сормовского института, по словам МАХМУБЕКОВА, является филиалом Горьковской троцкистской организации, и директивные указания в работе он, МАХМУБЕКОВ, получает непосредственно от ФЕДОТОВА как руководителя троцкистской организации в Горьком.

Вопрос: Кого персонально назвал Вам МАХМУБЕКОВ из состава контрреволюционной троцкистской организации Сормовского института?

Ответ: МАХМУБЕКОВ мне назвал как участников организации преподавателя РАСПЕВАКИНА, члена ВКП(б), и ЧЕСНОКОВА, заведующего учебной частью института. 

Вопрос: Выше Вы показали, что, по информации МАХМУБЕКОВА, в контрреволюционную троцкистскую организацию института входят также и студенты.

Кто Вам был известен из студентов как участники организации?

Ответ: МАХМУБЕКОВ меня информировал, что из числа студентов им были разновременно завербованы следующие лица: 1. ГАТАУЛИН – член ВЛКСМ; 2. АРТЕМЕНКО Георгий; 3. ТОЛКАЧЕВА и 4. ШОВАНДИН.

При каких обстоятельствах эти лица были вовлечены в организацию, МАХМУБЕКОВ мне не рассказывал.

Вопрос: С кем Вы лично по работе в троцкистской организации были связаны из этих лиц?

Ответ: Я лично был связан с членом троцкистской организации ГАТАУЛИНЫМ, который меня информировал, что АРТЕМЕНКО вместе с ТОЛКАЧЕВОЙ ведут работу по обработке в троцкистском духе студентов.

Вопрос: Кто еще был Вам известен из участников к.-р. троцкистской организации в институте?

Ответ: Припоминаю, что в состав организации входили также ДОЙНИКОВ, преподаватель, член ВКП(б), который был вовлечен в организацию ЧЕСНОКОВЫМ. Об этом мне говорил РАСПЕВАКИН. Кроме ДОЙНИКОВА в организацию входил студент ЛАПШИН, член ВЛКСМ, который в организацию был завербован не то АРТЕМЕНКО, не то ГАТАУЛИНЫМ. Об этом мне рассказывал АРТЕМЕНКО Г.

Вопрос: В чем заключалась практическая деятельность Вашей контрреволюционной организации?

Ответ: МАХМУБЕКОВ меня информировал, что он получает директивы от ФЕДОТОВА: работу Сормовской троцкистской организации проводить главным образом осторожной пропагандой троцкистских идей среди студенчества; из лиц, разделяющих троцкистские взгляды, обрабатывать и вербовать новые кадры в организацию.

В планы ФЕДОТОВА входило использование института как базы для создания троцкистских кадров с тем, чтобы в каникулярные периоды и по окончании института эти кадры, разъехавшись в промышленные районы и колхозы, занимались бы осторожной троцкистской пропагандой и дискредитированием партруководства. 

Вопрос: Кого Вы лично вовлекали в контрреволюционную троцкистскую организацию?

Ответ: Мною был вовлечен в троцкистскую организацию студент института ЛАКТИОНОВ в апреле месяце 1934 года, которому я дал задание пропагандировать идеи троцкизма и обрабатывать студентов.

Вопрос: Кто из участников к.-р. организации Вам известен в Горьком?

Ответ: Со слов МАХМУБЕКОВА, а впоследствии и ФЕДОТОВА, я знал, что в г. Горьком существует троцкистская организация, которая имеет свои ячейки в педагогическом институте, университете, филиале института Красной профессуры. Кроме того, ФЕДОТОВ связан с рядом отдельных троцкистов, проживающих в Горьком.

МАХМУБЕКОВ мне говорил, что в состав контрреволюционной организации пединститута входили: БОЧАРОВ, заведующий кафедрой, член ВКП(б), преподаватель МУСАТОВ и преподаватель ЗЕЛЬЦЕР.

Из информации ФЕДОТОВА я знал о его организационной связи с МАНЬКОВСКИМ, работающим в Горьковском университете. В чем конкретно заключалась деятельность МАНЬКОВСКОГО, ФЕДОТОВ мне не говорил.

Вопрос: ФУРТИЧЕВ Вам известен? 

Ответ: Да. ФУРТИЧЕВ мне известен как троцкист, который был связан с ФЕДОТОВЫМ.

Вопрос: Кто еще Вам был известен из участников контрреволюционной троцкистской организации? 

Ответ: Больше никого назвать не могу.

Вопрос: Это не все. По Сормовской к.-р. троцкистской организации Вы были связаны с троцкистом РОМАНЧУКОМ

Ответ: Да. РОМАНЧУКА я знаю как участника троцкистской организации. Я был лично с ним связан.

Вопрос: Где проживал РОМАНЧУК после отъезда из Сормово?

Ответ: РОМАНЧУК после отъезда из СОРМОВО поселился в Москве и работает аспирантом в институте им. Бубнова. 

Вопрос: Встречались ли Вы в Москве с РОМАНЧУКОМ?

Ответ: Во время своих приездов в Москву я останавливался у него на квартире.

Вопрос: Что Вам рассказывал РОМАНЧУК о своей контрреволюционной троцкистской деятельности в Москве?

Ответ: После отъезда РОМАНЧУКА из Сормово в Москву я с ним встретился там в марте месяце 1935 г.

При встрече РОМАНЧУК мне рассказал, что в институте им. Бубнова существует троцкистская организация, которой руководит профессор по истории России БОЧАРОВ, в прошлом меньшевик, член ВКП(б). БОЧАРОВА, по словам РОМАНЧУКА, в то время в институте прорабатывали как троцкиста. При этом РОМАНЧУК указал, что троцкистская организация в институте им. Бубнова качественно сильна.

В этой же беседе я рассказал РОМАНЧУКУ, что часть участников Сормовской троцкистской организации – АРТЕМЕНКО, ТОЛКАЧЕВА, – арестованы.

Второй раз я с РОМАНЧУКОМ встретился в Москве в мае месяце 1935 г.

В беседе РОМАНЧУК мне рассказал, что руководитель троцкистской организации в институте им. Бубнова БОЧАРОВ удален из института. БОЧАРОВ, находясь вне института, поддерживает связь с троцкистской организацией и осуществляет руководство по-прежнему, через членов организации СЕГАЛЯ, директора института, и заведующего учебной частью ДЫМЕНТА.

Вопрос: В чем конкретно выражалась практическая деятельность контрреволюционной троцкистской организации в институте им. Бубнова?

Ответ: Со слов в мае 1935 г. РОМАНЧУКА мне известно, что в институте им. Бубнова из числа участников троцкистской организации имелась специальная террористическая группа, которой непосредственно руководил профессор БОЧАРОВ. Фамилий лиц, входящих в эту террористическую группу, РОМАНЧУК мне не называл, указав лишь на то, что эта группа занята вопросом подготовки и совершения террористических актов.

 

ПОНОМАРЕВ

 

ДОПРОСИЛИ: 

 

НАЧ. 7 ОТД. ОО ГУГБ (ЮЖНЫЙ)

 

ДЛЯ ОСОБЫХ ПОРУЧЕНИЙ ОО ГУГБ: (РАДИН [1])

 

Верно: 

 

ОПЕРУПОЛН. 3 ОТД. СПО ГУГБ – 

ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (УЕМОВ)



РГАСПИ Ф. 671, Оп. 1, Д. 162, Л. 205-215 


[1] Судя по "Справке по материалам о злодейском убийстве С.М. Кирова", направленной И. Серовым В. Молотову 30 июня 1956 г., одним из "особых поручений" Л. Радина было пребывание "под видом арестованного" в одной камере с Л. Каменевым. Л. Радин, переживший Большой Террор, показывал в 1956 г., что "по существу своего дела Каменев конкретно ничего нам не рассказывал, однако он неоднократно высказывался таким образом, что давал понять, что он ни в чем не виноват и что он никакой подрывной деятельности, направленной против партии и советского правительства, никогда не вел. Это утверждение о его невиновности сквозило почти в каждом разговоре". В той же справке приводятся и аналогичные показания К. Уемова (которого, по-видимому, оставляли в следовательском кабинете наблюдать за допрашиваемыми заключенными в отсутствие следователя) о его разговорах с И. Бакаевым. (РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 457, Л. 32). Аналогичные "поручения" Л. Радин выполнял еще в 1934 г. во время следствия по делу Л.В. Николаева, убийцы Кирова. Вместе с еще одним известным сотрудником НКВД, А.И. Кацафой, Радин находился в одной камере с Л. Николаевым и, возможно, участвовал в фальсификации "признаний" Л. Николаева о связях с зиновьевской оппозицией, сделанных им якобы во сне. 

Comments