ПРЕДЫДУЩИЙ ДОКУМЕНТ  НАЗАД К ПЕРЕЧНЮ СЛЕДУЮЩИЙ ДОКУМЕНТ 


Совершенно секретно.

СЕКРЕТАРЮ ЦК ВКП(б) –

тов. СТАЛИНУ.

 

Направляю Вам протокол очной ставки между АРКУСОМ Г.М. и РЕЙНГОЛЬДОМ И.И. от 5-7 августа 1936 года.

 

НАРОДНЫЙ КОМИССАР

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР

 

(Г. ЯГОДА)

 

10 августа 1936 г.

№ 57241


ПРОТОКОЛ ОЧНОЙ СТАВКИ

между арестованным АРКУСОМ, Григорием Моисеевичем, и РЕЙНГОЛЬДОМ, Исааком Исаевичем.

От 5-7 августа 1936 года

 

После взаимного опознании арестованные по­казали:

Вопрос АРКУСУ: В протоколе допроса от 14 июля Вы показали о том, что помогали троцкистско-зиновьевской организации в 1926-29 г.г. Расскажи­те подробно о вашем участии в троцкистско-зиновьевском подполье в период с 1926-1929 г.?

Ответ: Я находился тогда под влиянием СОКОЛЬНИКОВА. Ближайшими моими товарищами были РЕЙНГОЛЬД и ПИКЕЛЬ, которые были в оппозиции. Основной причиной почему я тогда попал в оппо­зицию являлось то, что я работал на участке денежного обращения, который в то время являлся основным регулятором хозяйства.

Вопрос АРКУСУ: Вы отвечаете не на вопрос. Подтверждаете ли вы, что были в числе участников троцкистско-зиновьевского подполья – раз, во-вто­рых, что вы знакомились с документами троцкистско-зиновьевской оппозиции, что помогали ПЯТАКОВУ, который вел тогда подпольную работу против пар­тии.

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос АРКУСУ: Партия не знала все это или знала?

Ответ: На чистке 1929 года я говорил.

Вопрос АРКУСУ: О чем говорили?

Ответ: Я на чистке 1929 года говорил о том, что я после ХIV съезда колебался, и причиной этого являлся мой участок работы; я за этим участком проглядел все строительство социализма и классовую борьбу.

Вопрос АРКУСУ: В протоколе допроса от 14 июля вы показали следующее:

"Я хочу начать с того, что счи­таю мой арест правильным. Я виноват перед партией и советской властью. До настоящего времени я скрывал от партии свои связи, встречи и помощь, оказывавшуюся мною участникам троцкистско-зиновьевской организации в период 1925-29 г.г."

Значит, скрывал и от партии? Вы подтвержда­ете это показание?

Ответ: Да, подтверждаю с дополнением от­носительно чистки 1929 года.

Вопрос АРКУСУ: Ваше дополнение меняет данное вами ранее показание. Тогда вы говорили, что "скрывали", а сейчас говорите, что "расска­зывали". На чистке 1929 года вы опять обманули партию: ведь вы не сказали, что являлись участником троцкистско-зиновьевского подполья?

Ответ: Я не знаю, нужно ли было в усло­виях открытой чистки 1929 года об этом говорить.

Вопрос АРКУСУ: А почему нет? Речь шла о вас как члене партии. 

Таким образом, вы от партии все скрывали. Правильно это?

Ответ: Я ещё раз повторяю, что на чистке 1929 года я о своих оппозиционных настроениях и базе этих настроений говорил. На чистке был вынесен мне строгий выговор с формулировкой: "за отрыв от работы".

Вопрос АРКУСУ: Вы говорили на чистке 1929 года, что имеете связи и оказываете помощь троцкистам?

Ответ: Возможно, что говорил. Я не помню.

Вопрос АРКУСУ: Еще раз вас спрашиваем: на чистке 1929 года сообщили ли вы партии о том, что являлись участником троцкистско-зиновьевского подполья в период 1926-29 г.г.?

Ответ: Я повторяю, что на чистке 1929 года я подробно рассказывал о причинах моих колебаний и настроениях. Я не помню, чтобы я говорил о своих связях за последнее время.

Следствие устанавливает: в протоколе до­проса от 14 июля вы говорите, что скрыли от пар­тии свои связи, встречи и помощь, которую ока­зывали троцкистам, – партия об этом не знала. Затем, несколько позднее, вы заявили, что в 1929 году на чистке вы об этом сказали. Затем, опять в этом же самом протоколе допроса, вы говорите, что на чистке об этом незачем было рассказы­вать. Наконец, вы говорите, что не помните, говорили ли вы об этом на чистке?

Весь ваш ответ – лживый ответ, свидетель­ствующий о том, что вы пытаетесь обмануть след­ствие.

Вопрос АРКУСУ: Зачитываем вам стенограм­му вашей чистки от 4 ноября 1929 года. Из сте­нограммы легко установить, что вы на чистке пар­тии ни слова не сказали о вашем участии в троцкистско-зиновьевском подполье в период 1925-29 г.г. Перестанете ли вы лгать?

Ответ: Я подтверждаю, что я на чистке партии в ноябре 1929 года скрыл свои встречи, разговоры, не сказал о своем участии в троцкистско-зиновьевском подполье до 1929 года.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Что вам известно об участии АРКУСА в троцкистско-зиновьевском подполье в период 1925-29 г.г.?

Ответ: Мне известно из разговоров с АРКУСОМ, которые происходили как у меня на квартире в присутствии ПИКЕЛЯ, ПЫЖОВА, БОГДАНА [1], ДРЕЙЦЕРА, РОММА и ряда других товарищей, так и из разговоров, которые имели место у СОКОЛЬНИКОВА, где бывали АРКУС, я, РЕЙНГОЛЬД, ТУМАНОВ, БЫК, Галина СЕРЕБРЯКОВА, ГАЛКИН и другие, – что АРКУС, так же как и я, перечисленные лица полностью разделяли взгляды и платформу троцкистско-зиновьевской контрреволюционной организации.

Я и АРКУС и другие участники этих встреч в контрреволюционном духе говорили о руководстве партии, о политике партии. Говорилось, в част­ности, и о дезорганизации денежного обращения, о неправильной финансовой политике.

КАМЕНЕВ мне говорил о том, что он встре­чался с АРКУСОМ, и АРКУС передавал ему информа­цию и документы финансово-экономического харак­тера, которые КАМЕНЕВ использовал для экономи­ческой части платформы. При этом КАМЕНЕВ гово­рил, что АРКУС не должен подписывать платформы. Он мотивировал это тем, что АРКУС пригодится, что он занимает такую позицию в Госбанке, которая может оказаться полезной для организации.

Вопрос АРКУСУ: Вы подтверждаете эти показа­ние РЕЙНГОЛЬДА?

Ответ: Частично подтверждаю, частично нет. 

Вопрос АРКУСУ: Что именно вы подтверждаете?

Ответ: Подтверждаю факты совместных контрреволюционных разговоров и участие в контрреволюционных сборищах, свое участие в троцкистско-зиновьевской организации. В отношении же того, что я КАМЕНЕВУ давал какой-либо материал, – я помню единственный случай: КАМЕНЕВ был председателем Совета Труда и Обороны, я делал ему доклад по делам банка. К это­му докладу я очень хорошо подготовился и, вспоминаю, что он, кажется, попросил у меня письменный доклад, который я ему дал.

Вопрос АРКУСУ: Когда это было?

Ответ: В 1925 году. В сентябре или октябре месяце.

Вопрос АРКУСУ: Примерно перед XIV съездом?

Ответ: Да.

Вопрос АРКУСУ: А для какой цели КАМЕНЕВ про­сил у Вас этот доклад, он вам сказал?

Ответ: Нет, не сказал.

Вопрос АРКУСУ: Какой характер носил доклад, который вы передали КАМЕНЕВУ?

Ответ: О денежном обращении.

Вопрос АРКУСУ: В контрреволюционном ос­вещении?

Ответ: Нет, это был фактический материал. Я должен подтвердить дачу материалов КАМЕНЕВУ, которые, вероятно, в известной степени были тенденциозными.

Вопрос АРКУСУ: Что значит "тенденциоз­ными"? Объясните.

Ответ: В них была тенденция, конечно, в сторону антипартийную, контрреволюционную.

Вопрос АРКУСУ: Можно ли следующим обра­зом сформулировать Ваш ответ: "Я подтверждаю, что мой доклад КАМЕНЕВУ по вопросу денежного обращения был составлен в антипартийном, контр­революционном духе".

Правильно будет так сказать?

Ответ: Да, правильно.

Я сомневаюсь в правильности утверждения РЕЙНГОЛЬДА в отношении разговора с КАМЕНЕВЫМ о том, чтобы мне не давать подписывать какие-либо документы. За все эти годы РЕЙНГОЛЬД мне об этом ничего абсолютно не говорил.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Подтверждаете ли Вы свои показания о том, что вам КАМЕНЕВ объяснял, почему АРКУС остается законспирированным членом организации?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос АРКУСУ: Зачитываем вам выдержку из показаний КАМЕНЕВА, Льва Борисовича, от 29-30 июля 1936 г. КАМЕНЕВ показывает: "АРКУСА я знаю с 1920 года".

Правильно ли утверждение КАМЕНЕВА, что он вас знает с 1920 года?

Ответ: Думаю, что значительно позже – 1924-25 г.г.

Вопрос АРКУСУ: КАМЕНЕВ показывает: "АРКУС активно участвовал в борьбе с партией и по моему заданию участвовал в выработке финансовой части так называемой "платформы объединенной оппозиции в 1926 году, хотя ему это удалось скрыть от партии".

Подтверждаете ли вы это показание КАМЕНЕВА? 

Ответ: Нет, не подтверждаю.

По всей вероятности, КАМЕНЕВ путает, и это относится к тем материалам, которые он получил в октябре-ноябре 1925 года.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы ту часть показаний КАМЕНЕВА, в которой он говорит, что вы участвовали в борьбе с партией в годы оппозиции?

Ответ: О своем участии в оппозиции и борьбе с партией я говорил. О формах этого уча­стия я также сказал.

Вопрос АРКУСУ: Значит, вы подтверждаете показания КАМЕНЕВА по этому вопросу?

Ответ: Подтверждаю без указания относи­тельно активной борьбы.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Вы слышали только что зачитанные вам показания КАМЕНЕВА об участии АРКУСА в выработке финансовой части платформы оппозиции. Подтверждаете ли вы это показание КАМЕНЕВА?

Ответ: Да, подтверждаю в той редакции, ко­торую я дал выше.

Кроме того, дополняю: было задание КАМЕНЕВА мне, а также ТУМАНОВУ привлечь АРКУСА и обсудить вопросы, связанные с финансовой частью оппозиционной платформы по вопросу финансовой полити­ки и денежного обращения. Я имел не один раз разговоры с ТУМАНОВЫМ и с АРКУСОМ в разрезе того задания, которое дал КАМЕНЕВ, – противопостав­ление финансовой политики оппозиции партийной линии. В этом принимали участие и я, и ТУМАНОВ, и АРКУС, одновременно принимал участие и СОКОЛЬ­НИКОВ.

Вопрос АРКУСУ: Вы по-прежнему отрицаете показания КАМЕНЕВА и РЕЙНГОЛЬДА?

Ответ: Я не помню своего участия в этой работе, т.е. в выработке финансового раздела программы.

Вопрос АРКУСУ: Дайте определенный ответ: участвовали ли вы в выработке финансовой части платформы или не участвовали?

Ответ: Разговоры с ТУМАНОВЫМ, РЕЙНГОЛЬ­ДОМ и СОКОЛЬНИКОВЫМ на эти темы я имел, но не помню, чтобы они были связаны с тем, что нужно было составить финансовую часть платформы.

Вопрос АРКУСУ: Какие именно вы имели раз­говоры?

Ответ: В духе критики того, что происхо­дило в стране.

Вопрос АРКУСУ: Значит, в этой части вы подтверждаете показания РЕЙНГОЛЬДА, но продол­жаете утверждать, что не помните, участвовали ли вы в выработке финансовой части платформы?

Ответ: Да.

Вопрос АРКУСУ: Речь идет о вашем прямом участии в составлении финансового раздела плат­формы оппозиции. Дайте ответ: да или нет?

Ответ: Нет, не участвовал.

Вопрос АРКУСУ: Вы лжете, говоря, что не участвовали, ибо ваш ответ опровергают показания РЕЙНГОЛЬДА, КАМЕНЕВА и других лиц.

Выше вы показали, что вы не помните участвовали ли вы в составлении финансовой части плат­формы, а только что вы сказали, что не участво­вали. Будете ли вы, наконец, говорить правду о своем участии в выработке финансового раздела платформы?

Ответ: Вы мне предложили ответить – "да или нет", а я вам говорю, что не помню.

Вопрос АРКУСУ: Вы участвовали в выработ­ке финансового раздела платформы или не участвовали?

Ответ: Я не помню.

Вопрос АРКУСУ: Значит вы допускаете, что участвовали?

Ответ: Я ясно ответил, что не помню. Значит, может быть и то, и другое.

Вопрос АРКУСУ: С какого времени вы зна­комы с РЕЙНГОЛЬДОМ?

Ответ: С 1918 года.

Вопрос: При каких обстоятельствах состоялось ваше знакомство?

Ответ: Я работал в г. Смоленске. Когда в Смоленск переехал Областной Исполнительный Ко­митет Западной области, тогда же переехал и РЕЙНГОЛЬД, являвшийся членом областного комитета, и мы с ним познакомились.

Вопрос АРКУСУ: После Смоленска, где вы встречались с РЕЙНГОЛЬДОМ?

Ответ: В Москве.

Вопрос АРКУСУ: С какого года вы возобно­вили встречи с РЕЙНГОЛЬДОМ в Москве?

Ответ: С 1922-23 г.г.

Вопрос АРКУСУ: Какой характер носили Ваши отношения с РЕЙНГОЛЬДОМ?

Ответ: Дружеский.

Вопрос АРКУСУ: Все время дружеский или характер этих отношений менялся?

Ответ: У меня несколько изменились от­ношения с РЕЙНГОЛЬДОМ после посещения его квар­тиры в 1933 году. Изменились в том отношении, что я решил не посещать более его квартиры.

Вопрос АРКУСУ: Продолжали ли вы встре­чаться с РЕЙНГОЛЬДОМ после 193З года?

Ответ: Да, я встречался с ним до 1935 года.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Подтверждаете ли вы показания АРКУСА в отношении времени знакомства с вами и встреч?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос АРКУСУ: Вы показали, что после 1933 года решили прекратить встречи с РЕЙНГОЛЬДОМ. Что именно случилось, в силу чего вы решили пре­кратить эти встречи?

Ответ: Мне казалось, что РЕЙНГОЛЬД сохра­нил контрреволюционные взгляды.

Вопрос АРКУСУ: На основании чего вы приш­ли к такому выводу?

Ответ: Я пришел к этому выводу в резуль­тате посещения квартиры РЕЙНГОЛЬДА в 1933 году. И по составу участников, которые были тогда там, и по раз­говорам у меня создалось впечатление, что РЕЙНГОЛЬД и при­сутствующие у него лица сохранили контрреволюционные взгля­ды.

Вопрос АРКУСУ: Кто же был у РЕЙНГОЛЬДА, когда вы его по­сетили в 193З г.?

Ответ: Я помню, что были Буду МДИВАНИ, АЛИБЕГОВ. Кажется, был ПЫЖОВ, кажется был ФАЙВИЛОВИЧ и еще одна-две женщины. Был я и моя жена.

Вопрос АРКУСУ: Вы говорите ,что обратили внимание на со­став лиц, бывших у РЕЙНГОЛЬДА в 1933 г. в том смысле, что это были лица, сохранившие свои контрреволюционные взгляды. Кого именно вы имеете в виду из лиц, вами перечисленных?

Ответ: ФАЙВИЛОВИЧА. В отношении остальных я не помню.

Вопрос АРКУСУ: Кто еще из участников вызвал у вас сомне­ния, в силу чего вы решили прекратить связи с РЕЙНГОЛЬДОМ? Вы пока назвали только ФАЙВИЛОВИЧА.

Ответ: Больше я никого не помню.

Вопрос АРКУСУ: Таким образом, на дополнительный вопрос следствию вы называете одного ФАЙВИЛОВИЧА. Значит, не состав участников, а один ФАЙВИЛОВИЧ?

Ответ: Да. Кроме того, я предполагал дружбу РЕЙНГОЛЬДА с ФАЙВИЛОВИЧЕМ.

Вопрос АРКУСУ: Это вы предполагали или он вам сказал?

Ответ: Нет. Я вообще политических разговоров с РЕЙНГОЛЬ­ДОМ не имел.

Вопрос АРКУСУ: Почему факт присутствия ФАЙВИЛОВИЧА вы­звал у вас подозрения в отношении РЕЙНГОЛЬДА?

Ответ: Я знал, что ФАЙВИЛОВИЧ дружил с РЕЙНГОЛЬДОМ. А ФАЙ­ВИЛОВИЧА я знал как бывшего активного оппозиционера. Даже не будучи уверен в том, что РЕЙНГОЛЬД сохранил свои контрреволю­ционные взгляды, а имея только предположения об этом, – я не хотел сохранять свое старое окружение, так как я имел совер­шенно другое окружение.

Вопрос АРКУСУ: Ваши объяснения непонятны: вы же поддер­живали связи с бывшими оппозиционерами? Тот факт, что ФАЙВИЛО­ВИЧ являлся бывшим оппозиционером, не мог вызвать у вас реше­ние прекратить отношения с РЕЙНГОЛЬДОМ. Наконец, вы знали про­шлое РЕЙНГОЛЬДА. В нем вы, выходит, не находили причин, препятствовавших вам поддерживать в 1933 г. отношения с РЕЙНГОЛЬДОМ.

Таким образом, ваши ответы не выдерживают никакой крити­ки. Мы предлагаем вам дать правдивый ответ на поставленный вам вопрос.

Ответ: Я еще раз повторяю, что не хотел возвращаться к старым знакомствам, не желал быть на положении человека, который слушает всякого рода разговоры, связанные с сохранившими­ся контрреволюционными взглядами указанных лиц.

Вопрос АРКУСУ: Значит, вы слышали контрреволюционные раз­говоры на квартире РЕЙНГОЛЬДА?

Ответ: Да.

Вопрос АРКУСУ: А вначале вы говорили лишь о факте дружбы РЕЙНГОЛЬДА с ФАЙВИЛОВИЧЕМ как об обстоятельстве, толкнувшем вас прекратить отношения с РЕЙНГОЛЬДОМ. Который из этих отве­тов правильный?

Ответ: И этот, и тот.

Кроме того, я знал, что МДИВАНИ тоже старый оппозиционер.

Вопрос АРКУСУ: Таким образом вы даете следующий ответ на поставленный вопрос: вы прекратили посещение квартиры РЕЙНГОЛЬДА, потому что, будучи у него в 1933 году на квартире, вы установили, что на квартире РЕЙНГОЛЬДА ведутся контрреволюци­онные разговоры – это во-первых. Во-вторых, что у РЕЙНГОЛЬДА бывают бывшие оппозиционеры. Правильно?

Ответ: Да. Вспоминаю, что ФАЙВИЛОВИЧ подходил ко мне и говорил о том, что "если бы у руководства были КАМЕНЕВ, ЗИНО­ВЬЕВ, СОКОЛЬНИКОВ и ПЯТАКОВ, то дело было бы лучше".

Вопрос АРКУСУ: Был ли тогда ФАЙВИЛОВИЧ членом ВКП(б)?

Ответ: Да.

Вопрос АРКУСУ: Вы кому-либо сообщили о контрреволюцион­ном высказывании ФАЙВИЛОВИЧА?

Ответ: Нет, никому не сообщал.

Вопрос АРКУСУ: Скрыли, значит?

Ответ: Да, скрыл.

Вопрос АРКУСУ: Присутствовали ли еще кто-либо, когда ФАЙВИЛОВИЧ сделал вам указанное выше контрреволюционное заявле­ние?

Ответ: Не помню, кто возле меня сидел.

Вопрос АРКУСУ: РЕЙНГОЛЬД был при этом?

Ответ: Не помню. Я помню, что возле меня стоял АЛИБЕГОВ.

Вопрос АРКУСУ: Был ли АЛИБЕГОВ при этом, когда ФАЙВИЛОВИЧ обратился к вам?

Ответ: Я точно не помню, может быть, что не слышал, а возможно, что и слышал.

Вопрос АРКУСУ: Что вы ответили ФАЙВИЛОВИЧУ?

Ответ: Ничего.

Вопрос АРКУСУ: Промолчали?

Ответ: Да.

Вопрос АРКУСУ: Были ли вы согласны с ним?

Ответ: Нет.

Вопрос АРКУСУ: Кто помимо ФАЙВИЛОВИЧА участвовал в контр­революционных беседах на квартире РЕЙНГОЛЬДА в 1933 году, когда вы его посетили?

Ответ: Не помню.

Вопрос АРКУСУ: А сам РЕЙНГОЛЬД принимал участие в этих беседах?

Ответ: Тоже не помню.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: В это посещение вас АРКУСОМ участвова­ли ли вы совместно с АРКУСОМ в контрреволюционных беседах?

Ответ: Да, вел.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Сообщите более подробно.

Ответ: На квартире у меня были кроме меня и АРКУСА – ПЫЖОВ, ФАЙВИЛОВИЧ, ЛОМИНАДЗЕ, МДИВАНИ, АЛИБЕГОВ. Разговор завязал­ся в кружке, в котором принимали участие я, АРКУС, ФАЙВИЛОВИЧ, ЛОМИНАДЗЕ, АЛИБЕГОВ. ЛОМИНАДЗЕ задал вопрос о политике партии и руководстве партии и в резко враждебном духе критиковал ру­ководство партии.

ФАЙВИЛОВИЧ и я поддержали ЛОМИНАДЗЕ и точно так же враждебно высказались о политике партии в духе троцкистско-зиновьевской платформы.

АРКУС принимал участие в этом разговоре, критиковал во враждебном тоне руководство партии и политику партии и бросил фразу такого содержания: "Конечно, было бы лучше, если бы у руко­водства партией и страной стояли ЗИНОВЬЕВ, СОКОЛЬНИКОВ, ПЯТАКОВ и ТРОЦКИЙ".

Детали разговора были такие: коллективизация проваливается, политика руководства в этом отношении потерпела крах, политика индустриализации противоречит финансовым ресурсам и про­чее.

ЛОМИНАДЗЕ резко критиковал внутрипартийный режим.

В таком остро враждебном тоне велись разговоры теми уча­стниками, которых я перечислил, в том числе и АРКУСОМ.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Таким образом, эта встреча у вас на квартире являлась, по существу дела, контрреволюционным сбори­щем в составе: АРКУСА, ЛОМИНАДЗЕ, вас и других названных лиц?

Ответ: Совершенно верно.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы показания РЕЙНГОЛЬДА? 

Ответ: Нет, не подтверждаю. Это неверно.

Вопрос АРКУСУ: Вы подтверждаете данные вами выше показа­ния о том, что ФАЙВИЛОВИЧ в это посещение вами квартиры РЕЙН­ГОЛЬДА сделал контрреволюционное заявление по адресу руковод­ства партии?

Ответ; Подтверждаю это свое показание.

Вопрос АРКУСУ: РЕЙНГОЛЬД дал показание о том, что вы зая­вили, что было бы лучше, если бы у руководства были ЗИНОВЬЕВ, КАМЕНЕВ, ПЯТАКОВ, ТРОЦКИЙ, СОКОЛЬНИКОВ. Вы же заявляете, что это самое сказал ФАЙВИЛОВИЧ в то время, как это сказали именно вы. Вы просто свои слова вкладываете в уста другим.

Ответ: Я отрицаю.

Вопрос АРКУСУ: Встречали ли вы РЕЙНГОЛЬДА на квартире у СОКОЛЬНИКОВА?

Ответ: Во время последних двух-трех встреч с СОКОЛЬНИКО­ВЫМ я РЕЙНГОЛЬДА у него на квартире не встречал.

Вопрос АРКУСУ: Когда это было?

Ответ: В 1932 году.

Вопрос АРКУСУ: А в 1933 году вы бывали на квартире у СО­КОЛЬНИКОВА?

Ответ: Нет, не бывал.

Вопрос АРКУСУ: А в 1934 году?

Ответ: Нет.

Вопрос АРКУСУ: Вы говорите неправду. На следствии вы не­однократно признавали, что бывали на квартире у СОКОЛЬНИКОВА в 1933 году. Когда вы говорили правду – сейчас или раньше?

Ответ: Во всех моих показаниях в отношении посещения квартиры СОКОЛЬНИКОВА было указано, что в 1932-33 году непосредственно после возвращения СОКОЛЬНИКОВА из Лондона. Это зна­чит, что я не знал точного срока возвращения СОКОЛЬНИКОВА из Лондона.

Я у СОКОЛЬНИКОВА был непосредственно после возвращения два-три раза в течение очень короткого промежутка времени.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Бывали ли вы у СОКОЛЬНИКОВА на квар­тире?

Ответ: Да, бывал все время.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: К какому времени относятся ваши по­сещения квартиры СОКОЛЬНИКОВА?

Ответ: Ко всему периоду моего знакомства с ним, т.е. до 1934 года включительно.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Встречали ли вы у СОКОЛЬНИКОВА АРКУСА? 

Ответ: Встречал очень часто.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Встречали ли вы АРКУСА у СОКОЛЬНИКОВА в 1933 году?

Ответ: Один раз я безусловно его встретил в начале 1933 года, но, вероятнее всего, что два раза.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Как часто и когда вы встречали АРКУСА на квартире СОКОЛЬНИКОВА?

Ответ: До отъезда СОКОЛЬНИКОВА за границу я АРКУСА встречал у него довольно часто. После возвращения СОКОЛЬНИКОВА я встречал его один или два раза. Одну из этих встреч в начале 1933 года я помню совершенно отчетливо во всех деталях.

Вопрос АРКУСУ: Будете ли вы и теперь отрицать, что встречались с РЕЙНГОЛЬДОМ на квартире у СОКОЛЬНИКОВА в 1933 году? 

Ответ: Да, отрицаю.

Вопрос АРКУСУ: Имели ли место на квартире СОКОЛЬНИКОВА контрреволюционные сборища и кто в них участвовал?

Ответ: Контрреволюционные сборища я не могу подтвердить.

Я посетил СОКОЛЬНИКОВА два-три раза после возвращения из Лон­дона. Присутствовавшие вели политические беседы. Я не знаю, можно ли назвать эти разговоры контрреволюционными, но критику отдельных мероприятий партии я помню.

Вопрос АРКУСУ: Значит не контрреволюционные разговоры, а только критика отдельных мероприятий партии?

Ответ: Критика отдельных мероприятий, которая носила контрреволюционный характер.

Вопрос АРКУСУ: Кто именно занимался контрреволюционной критикой мероприятий соввласти на квартире у СОКОЛЬНИКОВА?

Ответ: ТУМАНОВ, БЫК-ВЕК.

Вопрос АРКУСУ: А ГАЛКИН?

Ответ: Не помню.

Вопрос АРКУСУ: Занимался ли СОКОЛЬНИКОВ контрреволюци­онной критикой мероприятий партии и соввласти?

Ответ: Он себя очень сдержанно вел. СОКОЛЬНИКОВ в сдер­жанной форме вел контрреволюционные разговоры.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Что вам известно о перечисленных ли­цах?

Ответ; Мне известно, что они были постоянными участниками контрреволюционных сборищ у СОКОЛЬНИКОВА, где перечисленные лица в откровенно враждебном в отношении руководства партии ду­хе высказывались по поводу политики партии. Сборища эти носили систематический характер.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы показания РЕЙНГОЛЬДА?

Ответ: Я могу говорить только о тех двух-трех посещениях, когда я был у СОКОЛЬНИКОВА. За это время я слышал два-три раза разговора такого характера, как показывает РЕЙНГОЛЬД.

Участвовали в этих беседах ТУМАНОВ, БЫК-БЕК, СОКОЛЬНИКОВ.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: А АРКУС участвовал в контрреволюцион­ных сборищах на квартире у СОКОЛЬНИКОВА?

Ответ; Да, участвовал.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы это?

Ответ: Да, подтверждаю.

Вопрос АРКУСУ: Таким образом, из того, что вы сказали и из того, что подтвердил РЕЙНГОЛЬД, устанавливается, что на квартире у СОКОЛЬНИКОВА имели место контрреволюционные сборища, участни­ком которых и вы являлись.

Подтверждаете ли вы это?

Ответ: Да, подтверждаю. Признаю, что я, АРКУС, и указанные выше лица: СОКОЛЬНИКОВ, ТУМАНОВ, БЫК-БЕК являлись участниками троцкистско-зиновьевской организации.

Вопрос АРКУСУ: Вы называете не всех участников организа­ции?

Ответ: Участниками троцкистско-зиновьевской организации также являлись: РЕЙНГОЛЬД, ГАЛКИН и ИОЭЛЬСОН Макс. Встречи участников организации происходили на квартирах СОКОЛЬНИКОВА, РЕЙНГОЛЬДА.

Вопрос АРКУСУ: Переводили ли <вы> в 1930 году за границу валю­ту по поручению зиновьевско-троцкистской организации?

Ответ: В 1929 году ко мне обратился РЕЙНГОЛЬД и от име­ни троцкистско-зиновьевской организации просил меня устроить перевод за границу определенной суммы в валюте для покупки типографии для нужд троцкистско-зиновьевской организации. В ответ на эту просьбу РЕЙНГОЛЬДА я ответил, что подумаю, можно ли это сделать.

Просьбу я эту не выполнил. Вскоре я узнал от РЕЙНГОЛЬДА, что необходимость в покупке типографии уже отпала.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Что вам известно по вопросу о перево­де АРКУСОМ валюты через Госбанк для нужд троцкистско-зиновьевской организации?

Ответ: Я подтверждаю сказанное АРКУСОМ о том, что осенью 1929 года я к нему обратился по поручению КАМЕНЕВА с просьбой о переводе валюты за границу для покупки типографии для нужд организации. В результате моих разговоров с АРКУСОМ он мне от­ветил, что обдумает, каким образом это можно будет устроить.

После этого я еще один или два раза говорил с ним на эту тему. Он повторял свои обещания, а вскоре после этого я уехал в Среднюю Азию.

Таким образом, в тот период времени мне неизвестно, был ли произведен перевод, по-видимому, не был.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы то, что сейчас сказал РЕЙНГОЛЬД?

Ответ: Я вновь подтверждаю данный выше ответ о том, что РЕЙНГОЛЬД действительно обратился ко мне от троцкистско-зиновьевской организации с просьбой перевести валюту за границу для покупки типографии для нужд организации. Но я повторяю, что после этой встречи РЕЙНГОЛЬД не говорил со мной по этому делу. Когда мы с ним после этого встретились, он мне сказал о том, что этот вопрос отпал.

Заявление РЕЙНГОЛЬДА следствию:

АРКУС правильно говорит, что я имел с ним беседу через известное время. Но это было уже в 1930 году, а не в 1929 году, когда мне стало известно от КАМЕНЕВА, что перевод валюты состо­ялся через АРКУСА. Так что одну часть моего заявления АРКУС помнит, а другую часть – скрывает.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Вы сказали, что в разговоре с АРКУСОМ в 1930 году вы сослались на заявление КАМЕНЕВА, что АРКУС в 1930 году перевел валюту за границу для покупки типографии для нужд организации. Правильно ли это?

Ответ: В разговоре с АРКУСОМ я именно потому и сказал, что вопрос отпал, так как в ходе разговора АРКУС подтвердил, что перевод валюты состоялся.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Где этот разговор был и когда?

Ответ: Этот разговор имел место в конце весны или в нача­ле лета (май-июнь) 1930 года. Мы прогуливались с АРКУСОМ.

Вопрос АРКУСУ: Подтверждаете ли вы, что в 1930 году пере­водили валюту по поручению троцкистско-зиновьевской организа­ции?

Ответ: Заявляю, что все то, что говорит РЕЙНГОЛЬД по это­му вопросу – есть сплошной вымысел и ложь.

Вопрос АРКУСУ: Вы никогда валюту за границу для нужд троцкистско-зиновьевской организации не переводили?

Ответ: Никогда валюту за границу по поручению троцкист­ско-зиновьевской организации я не переводил. Единственный случай, когда ко мне от имени троцкистско-зиновьевской органи­зации обратились, это было в 1929 году, о чем я выше показал. Тогда я перевод не сделал.

Вопрос РЕЙНГОЛЬДУ: Есть ли у вас вопросы к АРКУСУ?

Ответ: У меня есть такой вопрос: АРКУС утверждает, что все то, что я сказал – это неверно, но он же часть моего разго­вора с ним подтверждает, а именно: что "вопрос о переводе валю­ты отпал". Оспаривает ли он этот момент или нет?

Ответ АРКУСА: Да, эту часть разговора я подтверждаю.

 

АРКУС.                           РЕЙНГОЛЬД.

 

ОЧНУЮ СТАВКУ ПРОВОДИЛИ:

 

ЗАМ НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД –

СТ. МАЙОР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: – ДМИТРИЕВ.

 

НАЧ. ОТДЕЛЕНИЯ ЭКО ГУГБ –

МАЙОР ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: – ЧЕРТОК.

 

Верно:

 

ОПЕРУПОЛНОМОЧ. СПО ГУГБ –

СТ. ЛЕЙТЕНАНТ ГОСУДАРСТВ. БЕЗОПАСНОСТИ: (СВЕТЛОВ)

 

 

РГАСПИ Ф. 17, Оп. 171, Д. 232, Л. 43-68


[1] Богдан Бронислав Викентьевич, род. 20 декабря 1897 г., член ВКП(б) с 1919 г., работал помощником заведующего секретариатом Г. Зиновьева в Коминтерне с 1 июня 1924 г. по 15 декабря 1926 г. Покончил самоубийством в октябре 1933 г.

Comments